Под парусами фрегата «Паллада». Рейс 135-3

Фрегат «Паллада»

03.09.16. Наконец-то! Поздним вечером отвязались от своего углового причала на мысе Чуркина. Думал, что уже никогда – так всё надоело. Бесконечное прихорашивание. Реальный уход за снастями – только эпизодически. Все силы и время – только на подкраску, потому как нет моря более коварного, чем Японское. Солёность его – одна из самых больших. Как бы не готовили поверхность и прочие металлические детали – буквально через два-три дня начинают появляться характерные подтёки. Даже мельчайшие трещинки, вроде бы, обработанные растворителем и преобразователем, покрытые грунтом – начинают расцветать ржавым подтёком.

В ожидании высоких гостей только и замазывали все эти дела. Как я и предполагал про себя – вряд ли кто из руководства до нас доедет (прям, делать им больше нечего), кроме, может быть руководства Дальрыбвтуза.

Днём ранее, несмотря на действующее штормовое предупреждение, снялись из своего угла и пошли на рейд университета. Подняли все косые, славянка и продефилировали под порывами ветра к выходу из бухты Золотой Рог. Оказалось, что бом-брам-стакселя и кливер-топсель с бом-кливером на бушприте весьма заваливают судно под этими порывами – надо их убирать.

Вот тут на бушприте и произошла осечка: из-за перекрученного фала никак не хотел идти по штагу вниз бом-кливер. Летучий кливер кое-как удалось прижать. А у бом-кливера оборвали нирал. С большими мучениями вручную за переднюю шкаторину постепенно его стащили к бушприту.

А тут пора и отдавать якорь. Встали. Видимость никакая. У берега видны паруса яхт – там регата для гостей. Единственно – в глубине бухты Аякс они прикрыты от порывов ветра. Переночевали и утром вернулись на свое место. Планировался выход под парусами на несколько часов. (Большие ребята, планирующие эти выходы, однозначно думают, что парусный виндджаммер – это нечто автомобиля – завёл и поехали…). Ажиотаж по встрече достиг апогея. Без передышки, что-то чистили, мыли, подкрашивали и т.п. Кадеты надели парадную форму.

Но я был уверен, что в крайнем случае, возможно, на судно посмотрит глава Росрыболовства, никакого президента не будет и близко. Так и получилось. Позвонил ректор и дал команду сниматься и уходить в Магадан – не будет никого. Ну и слава те, Господи!

Ждать отхода пришлось до позднего вечера, потому как заявка на лоцмана и буксир была на время после несостоявшегося катания. Прибыл лоцман, швартовщики и все они вместе с нами изрядно измучились в ожидании, потому как первым выпускали военный корабль, и что-то, там долго всё это шло.

04.09.16. Слева берег Приморья – залив Америка, бухта Преображения и т.д. Приход в Магадан 12-го сентября. Погода мрачная, ветер встречный. Со старпомом обговорили дела наши тяжкие и решили, что мне надо поменяться мачтами с боцманом фока. Н.И. человек в годах, степенный и т.п. И всё у него делается не спеша. А надо порезвее. Тем более, фок-мачта – самая нагруженная парусами и крутиться здесь надо сильно. Завтра капитан утвердит (хотя, что там утверждать – фок-мачта моя – по расписанию. А то, что я взял бизань – это чисто по просьбе Н.И., который привык к  своему месту на баке). Просто, займем свои места по штатному расписанию.

05.09.16. Утром свист ветра, дождь зарядами, ветер северный и достаточно холодный. Пока изображал подобие зарядки, вымок сильно. Но, всё равно надо обливаться из-за борта, так что, терять особо нечего.

Николай Иванович – боцман фока – не разделил наших замыслов со старпомом. Я, говорит, произрос на фоке, там и закончу, неважно, кем – боцманом или матросом. Ну, что ты тут будешь делать! Придётся уступить. Но, на усиление авралов, надо отправить к нему Мишу. Чтобы не расслаблялись. Заодно, на швартовые дела забрал с грота по одному матросу – на бак и на корму. Последняя швартовка была преотвратной: на баке пять раз не добросили выброску, на корме трижды. Мои увещевания – всегда иметь наготове запасную выброску на такой случай – как-то остались сами по себе.

По этому поводу был сеанс массового каннибализма: старший боцман (т.е. я) – боцманята и их матросы. Кто, кого ел, с хрустом и пережёвыванием – догадаться нетрудно.

С неким плачем прибежали руководители практики: почему боцмана не принимают зачетов по узлам? Интересное дело: – а кто планировал? Нет проблем – на завтра, если утвердит администрация. Заодно, встряхнём эту молодежь, почувствовавшую запах дома и явно, начинающую расслабляться. Только кажется, что минимум узлов, необходимых для повседневной работы со снастями – знать и уметь элементарно. Для тех, кто интересуется – действительно просто. Но этих деток, неспособных оторваться от своих смартфонов – увлечь таким прозаическим делом совершенно непросто. Разве, что – неожиданным стрессом.

Минимум необходимых узлов вывешен на стенке носовой надстройки напротив гротмачты. На этом стенде, наряду с узлами и элементами их вязания, есть перекладина с четырьмя веревками. Их можно, глядя на узлы, вязать по-всякому: и на перекладине и связывать морскими узлами между собой. Но, кадеты, как уж, только не изгаляются: заплетают, вяжут что-то немыслимое и т.п. Ну, вот теперь и посмотрим, чему они научились.

06.09.16. Хороший день без дождя. Подняли косые. Рукпраки, увернулись от экзаменов для своих подопечных (и стоило гнать волну?) – типа, у тех уже есть зачет, несколько ранее оформленный, но они, как-то, это упустили. Да, еще бы, наша голова болела…

На гроте заменили талреп топенанта грота-рея на правой руке. – Интересное дельце? – как сказал бы папа в бородатом анекдоте. Потому, как с полгода назад, я осмотрел именно на гроте, талрепы топенантов. Внешне выглядели довольно надёжно. Но, оказалось, что муфта талрепа лопнула. И эту трещину обнаружили в ходе планового осмотра шкот-шпан-блоков, которые находятся рядом с талрепами топенантов.

При осмотре разорванной муфты талрепа увидели, что износ её стенок на уровне консервной банки. Однозначно, надо менять все талрепы. Внешне они крепкие и красивые, но по факту – вот такие.

Сняли кожухи стальных внешних дверей на учебной рубке (под ходовой рубкой). Оба кожуха нуждаются в капитальном ремонте – надо приклёпывать заплатки (приварить из-за тонкости металла невозможно) и усиливать их всячески. Сняли всю кинематику: тяги и рукоятки. Сняли уплотнительную резину, благо клей получили, хотя и в мизерном количестве. Коррозия дверей очень высока. Внутренний бортик ложемента резины в ряде мест вообще никакой. Но, отдолбили, зачистили, покрыли преобразователем ржавчины. Далее покраска. Будем эксплуатировать эти двери без кожухов. По большому счету – кожух предназначен для прикрытия теплоизоляции, которой давно уже нет. Теперь, разве, что, какой идиот, сунет пальцы в кинематику – возможно, но маловероятно. Дверь практически открыта или закрыта постоянно – внутри еще и деревянные двери.

07.09.16. При убирании парусов порвали мидель-кливер на бушприте. Не удивительно, – ветер хлёсткий, в порывах за 15 метров. Убирать надо очень расчетливо и быстро. Но фок – это территория неспешности. Вот и получили. С утра срезали под дождем и фонтанами брызг от волн, налетающих на бушприт.

На бизани по указанию мостика стремились убирать по одному парусу. Но, как всегда, действует главное правило бестолковцев – кивнуть головой и сделать строго наоборот. Приготовились, заняли места на ниралах (снасти, которыми тянут косые паруса вниз по штагам), на отдаче фала и шкотах. И, конечно, первым отдали шкот паруса, который должен спускаться вторым. А фал, как и положено, отдан нужный. В результате заполоскало фор-стень-стаксель (что ниже), а брам-стаксель съехал по штагу и застрял на не отданном шкоте. Выход только один – убирать сразу оба. Показал жестом матросу отдать фал фор-стень-стакселя и сам быстро сбросил с нагеля шкот брам-стакселя. Всё: паруса внизу. Прижали гитовым брам-стакселя его шкотовый угол к пертам и – все наверх! Конечно, надо было убирать паруса еще раньше, до захода ветра в левентик (встречно). Но, тут тоже свои проблемы в отслеживании направления ветра и прогнозе. Наверное вахтенным помощникам не до того.

Из трёх запасных парусов на замену мидель-кливеру выбрал один из самых старых, с многочисленными следами ремонтов, но по виду, вроде бы, прочнее остальных. Другие, вообще, представляют нерадостное зрелище. На палубе постоянный дождь с ветром. Что-либо делать – не очень удается. Намерения – начать привязывать на бушприте выбранный парус – пришлось отложить до улучшения погоды, или, хотя бы, прекращения дождя.

Скорость нашего перемещения в проливе Лаперуза (между о. Сахалин и Японией) всего лишь пол-узла(!). Ветер – навстречу, как в аэродинамической трубе. Уже опоздание от срока прибытия – больше суток. Приближается тайфун справа и циклон слева – прямо на наш курс. Это уже не тот тайфун Лайонрок, который затопил Приморье. Рождаются они в это время года на Дальнем Востоке без передышки и по мощности почти не уступают друг другу. (Контакт Арктики и тёплых морей – вот и получите атмосферный вихрь). Так что, гипотетическую линию от мыса Крильон, что на Сахалине – до мыса, напротив, на японском острове Хоккайдо (что, собственно и есть – пролив Лаперуза), видимо будем проходить не менее суток.

08.09.16. Кое-как, со скоростью около 4-х узлов, пересекли залив Аниву. Это тот, что вдается в глубину Сахалина от мыса Крильон до мыса Терпения. И к 7-ми часам вечера вышли на поворот на линию пути к Магадану. Аврал, брасопка, косые паруса по минимуму (стакселя и кливер). Но, немного прибавили. Всё равно, отставание более суток.

Весь день привязывали мидель-кливер, благо, без дождя. Ну, а к встречному ветру уже привыкли и наши матросы, и, в какой-то момент, даже вздремнули на подбушпритной сетке. В общем, привязали достаточно быстро: пока приготовили все детали, увязали парус специальным образом (чтобы ветер не оказывал сильного влияния при этой работе). Как выяснил, таким методом, ранее, на «Палладе» не пользовались.

Свободный народ перебрал в тросовой залежи всякого хлама. Переложили все бухты веревок в определенном порядке. Извлекли из залежей массу такелажных скоб разного размера, много коушей и прочей необходимой мелочи. (Ничего себе, мелочь: талрепы ходовых размеров для топенантов всех мастей!)

Не всё так гладко, как на бумаге, но, дело движется. Шероховатость эта заключается в том, что мои указания и разъяснения основаны на собственном опыте в выполнении каких-то работ. Но, некоторые палубные энтузиасты пытаются это превзойти и добавляют свой вклад. Не всегда впопад. Естественно, нарываются на короткую и жесткую расправу. То, красят не то, что нужно, то вместо разгонного сплесня делают короткий (типа: он красивее смотрится) – а, то, что он в блок не пройдет, как бы, за кадром. Или начинают привязывать что-то, замысловатыми узлами, называя их морскими. Меня это сразу приводит в дрожь, потому как доверия в этом деле, ни к кому нет. Поэтому я всегда требую, чтобы привязывали простыми штыками – неважно, что: шар для якорной стоянки или гирлянду огней для дрейфа ночью и т.п. Это не означает, что доверия к морским узлам у меня нет – просто надо их знать и уметь применять. Насмотрелся на умельцев…

09.09.16. С ходом в 5-6 узлов, вкрутую к северо-восточному ветру, прошли третий по счету мыс Сахалина – мыс Терпения. Слева позади островной залив с таким же названием. Не удаётся пока поставить прямые паруса для увеличения скорости. Волнение моря не прекращается – качка не такая уж сильная, но постоянная. Иногда подкрадывается коварная волнишка, удар в носовую скулу – брызги фонтаном через бак и кто окажется рядом – холодный душ обеспечен. Попали под такой водопад многие, в том числе и капитан, пока проверял, как ведут себя якоря в клюзах. Пару-тройку раз и мне досталось по полной схеме. Работа на мачтах ограничена.

Смонтировали кинематику дверей учебной рубки и отрегулировали. Приклеили уплотнительную резину. Причём, старую, но вычищенную и вполне пригодную. Запасов новой оказалось всего лишь на одну дверь с небольшим. Сразу прижали двери своими задрайками к проёмам, чтобы резина хорошо прихватилась. Обе двери имеют небольшую деформацию и прижим на некоторых участках недостаточно герметичный. Но – деваться некуда – двери надо менять полностью на новые. Износ за 27 лет эксплуатации своё дело сделал.

Вышли на прямую на Магадан, до которого еще миль шестьсот. Когда-то, примерно в это время года мы были на «Надежде» в Охотском море напротив залива Пильтун на Сахалине. Обеспечивали работу ученых по мониторингу ареала обитания серых китов в этом районе. Погода в тот раз удивила своим стабильным антициклоном, зеркальной поверхностью моря в течение всего месяца этой работы. Наверное, это было исключением в погодной кухне Охотского моря.

10.09.16. К вечеру остались без трёх парусов на бушприте и крюйс-брам-стакселя. Первым не выдержал мидель-кливер, который мы недавно привязали на замену. За ним фор-стень-стаксель. И последним разлетелся кливер. Еще ранее оторвался фаловый угол крюйс-брам-стакселя на бизани.

Где-то днём, мы завели на подветренные шкотовые углы всех поднятых косых вторые шкоты – переместили наветренные шкоты на другой борт. Это требование капитана вполне обоснованно, учитывая материал наших веревок. Удалось, попеременно, то одним, то другим шкотом выбить паруса по максимуму. Конечно, изношенный дакрон не выдержал 20-ти метрового ветра. (Новые паруса – обязаны держать).

Пришлось убрать и контр-бизань, хотя ей ничего и не угрожало. Но, она – противовес парусам на бушприте. Благодаря контр-бизани, выравнивается усилие на руль, удерживающий судно на заданном курсе. Паруса на бушприте действуют на уваливание судна, а контр-бизань – на приведение. Уравнивание этих сил помогает рулевым держать положение руля прямо, что способствует и поддержанию скорости (перо руля не притормаживает, за счет своего отклонения). Теперь противодействовать нечему – убрали.

Предстоит замена всех этих четырёх парусов, несмотря на погоду, качку и т.д. Фор-стень-стаксель на замену уже приготовили. Это из комплекта, когда-то пошитого для «Паллады» из тяжелейшего дакрона (650 г. на п.м.). Для гонок такие паруса почти не годятся, но для штормовых условий – незаменимы.

С остальными парусами – непредсказуемая загадка. Никакой документации и обозначений на них – нет. Только на ощупь, как азбука Бройля для слепых – что за материал, сколько ему лет и т.п. – как можешь, так и определяй. Почему уж, Дерябин (мой предшественник по парусному делу) так завёл – не знаю. Я всегда на всех парусах делал отметки: название, очередность по изготовлению (среди одинаковых) и год пошива. Когда-то думал, что я один, так их отмечающий. Но убедился, что и на наших («Седов», «Крузенштерн») и японских («Кайво-Мару» и «Ниппон-Мару») – пишут на парусах, такие же обозначения. Иначе, с парусами весьма непросто определиться при их поиске.

Как показала практика – запасные паруса, что приготовлены на стеллажах – по своему состоянию весьма неважные. Попытка ремонта срезанного мидель-кливера показала, что кроме расхода дефицитных ниток и материала (подаренного, кстати, мне «Надеждой», для этой цели – своего запаса на «Палладе» нет) – ничего хорошего не получается. Расползается дакрон, отживший своё, в эксплуатации за кругосветные плавания в южных морях.

Итак, уже пять парусов, изорванных в хлам, будут свалены в общую кучу. Будут, потому что, бушпритные, еще предстоит срезать. Тоже, операция на ныряющем бушприте непростая. Два – уже в парусной и их ремонт – возможен, но смысла в нём мало. Парус с бизани – восстановить без проблем. Но еще сложнее – предстоящая привязка запасных. Волна, дождь, ветер и что самое неприятное – уже начинают стынуть руки. Давно ли в этом рейсе (№135) задыхались от пекла. Теперь вот, наоборот.

Причем, на бушприте свои проблемы, а с привязкой брам-стакселя на грот-мачте – свои. Там это делается под марсовой площадкой, в не очень-то, комфортных условиях. Но – глаза боятся…

До Магадана осталось около 500 миль. Сейчас «Паллада», где-то на траверзе того самого залива Пильтун, что на Сахалине. Против волны, которая очень мешает ходу, идем со скоростью чуть более 5-ти узлов. (Да, против той трубы, что была в проливе Лаперуза – это просто полёт!). Но, тем не менее, еще идти и идти. Некоторая подвижка в погоде должна произойти. Тайфун, который движется вместе с нами, но правее (почему у нас и ветер встречный – этот вихрь пониженного давления вращается против часовой стрелки) – постепенно должен отжиматься антициклоном, что расположился над побережьем, включая и Магадан, и уходить в сторону севера Камчатки. Ну, хочется в это верить…

11.09.16. С погодой почти повезло. Даже появилось кусками синее небо, от вида которого мы уже отвыкли. Время от времени сыпал мелкий дождь, но это замену парусов не остановило. Срезали все четыре рваных паруса и разместили их вокруг грот-мачты. Палуба начала просыхать и вероятность подсушки всего этого добра стала явной.

Народ оделся максимально тепло. Разделились по два человека на парус и работа началась. Привязка ракс-бугелей к люверсам передней шкаторины косых парусов требует терпения. Ревантом (это шнур длиной около 2-х метров) обносится узкая часть ракса, чтобы при порыве несущей части он не полетел со штага. Затем не менее восьми раз надо провести кончики реванта навстречу через люверс и проушины ракса. Заканчивается прямым узлом с контрольной затяжкой обычным штыком. Люверсов по передней шкаторине от 34-х до 40-ка. Подвязываются паруса к штагам, уходящим, естественно вверх. Надо суметь притянуть переднюю шкаторину к штагу, что не просто сделать в спокойной обстановке. Что уж говорить о работе на бушприте, который подобен качелям с попыткой макнуть работников в холодную купель (вода 11 гр.). О качке упоминать, совсем, уж, неприлично. Неотъемлимый атрибут этого действа. Ветер добавляет своё.

Но, на мачте привязывание паруса под марсовой площадкой – еще более экстремальное дело. Поднять на ветру, специальным образом увязанный парус шкаториной к штагу – тоже задача непростая. Пришлось две мачты вызывать по авралу, которые вручную ниралом подтянули его на нужное место. Одновременно, мощной оттяжкой одерживали парус от порывов ветра.

К полуденному чаю первым привязали штатный фор-стень-стаксель. Он из комплекта тяжелого дакрона – крепкий и надежный. Но от времени изрядно потемнел – вид такой пиратский. Когда подняли – форма – лучше и желать не надо. Позже надо слегка за оковку притянуть нижнюю шкаторину к штагу дополнительным раксом для идеальной геометрии.

Больше всего понадобилось времени на крюйс-брам-стаксель. Закончили привязывать уже после рабочего времени перед ужином. Все рваные паруса уложили комком в парусную шахту, чтобы продолжали подсыхать. Легче всего будет ремонт паруса, у которого оторвался фаловый угол ( хотя тоже, проблемы по закреплению на лик-тросе передней шкаторины). Все остальные – требуют материала и большого расходования ниток. Но, деваться некуда – новых парусов наверное, не дождаться.

Народу своему за самоотверженную работу на следующий день пообещал корабельный отгул – т.е. возможность поспать до посинения и повалять дурака без обычных наших дел на палубе.

12.09.16. Сейчас мы примерно в центре Охотского моря. На мой взгляд равноудалённое расстояние от материка с Камчаткой. Сахалин, конечно, ближе, но это всё-таки остров. Тайфун отвернул к Камчатке, появились просветы в бесконечной облачности. Море стало гораздо спокойнее, но волна, хотя уже и без привычной глазу пены, всё ёще достаточно большая и направление её с севера прямо нам в нос. Поэтому идем курсом 50-60 гр., что позволяет поддерживать ход в 6-7 узлов.

Подняли брам-стакселя, кливер и мидель-кливер. Все работают без замечаний, а связка на бушприте смотрится, вообще, идеально. Палубный народ заслужил свой день отдыха.

На грота-фордунах, наконец-то, вывесил по вымпелу-ветроуказателю на каждом борту. На «Палладе» их нет, вообще. Задирают голову и смотрят на флюгер на топе грот-мачты. Или на флаг Дальрыбвтуза – над штурвалом. Постоянная трёпка ветром приводит к его периодическому уничтожению – одна бахрома остаётся. Одно время вместо него, довольно долго, висел флаг футбольного клуба «Барселона», невесть каким образом, попавший в парусную. Выглядел вполне на морскую тему: якорь, стилизованная волна и т.п. Пока тоже, не истрепался в пух и прах. Последний флаг нашего университета я обшил по контуру строп-лентой. Он выдержал все наши штормовые будни и только вчера оборвался его флаг-фал (можно судить о силе ветра, если этот капроновый шнур диаметром 4 мм может выдержать вес более 200 кг). Флаг-фал заменили, для чего курсант, на страховке влез прямо на руках по шкоту стакселя к штагу и провёл кончик через блок, который там закреплён.

Килевая качка не прекращается, и курсанты, уже настолько все к ней привыкли, что не видно ни одного у ограждения борта. Видимо, дань Нептуну отдали полностью. Вспомнилось наше возвращение на яхте «Отрада» («Конрад-46») из Цусимы после штормовой недели. Пришвартовались в бухте Рында на о. Русском у старого бетонного причала (не давал северный ветер пройти, даже под двигателем, несколько оставшихся миль до яхт-клуба). Когда вышли на этот причал – никто не смог удержаться на ногах – так мотало из стороны в сторону. Организм не мог понять, куда делась качка, и на твердь реагировал соответственно. Интересное ощущение.

Сегодня плановый срок прибытия в Магадан. Но, скорее всего, к вечеру 14-го. Осталось чуть менее 400 миль.

13-14.09.16 В эти дни, утром, солнце красиво поднималось из-за горизонта на фоне синего моря и такого же неба. Отдельные тучки оттеняют это зрелище. Кстати, днём одна тучка вдали разродилась смерчем. Жаль, что далеко. Когда-то в Средиземном море мы были совсем рядом с этим явлением. Убрали паруса, чтобы не зависеть от ветра и, сегодня 14-го, появились очертания материка. Утреннее обливание с восходящим, ровно в 5.30 по судовому времени, солнцем дополнило всю картину. Вода – градусов восемь.

Восход солнца в Охотском море

Жаль, не появляется знаменитый зеленый луч, когда солнечная шапка только-только появляется на линии горизонта. Когда-то я думал, что это красивая легенда. Но году в 2000-м, на «Надежде», где-то возле Курильской гряды, это явление удалось сфотографировать проректору по науке морской академии им. Невельского, который был у нас на борту в этой экспедиции. Как рассказывал капитан Василенко В.Н. – оба они были на крыле мостика. Проректор спросил капитана: – а, правда ли, что бывает зелёный луч? И в этот момент на крае появившегося солнечного ободка засветилась зелёная шапка. Капитан тут же ответил учёному, что, пожалуйста, вот он! У того в руках был редкий по тем временам цифровой фотоаппарат, которым сделали массу снимков этого явления. Зелёная шапка трансформировалась действительно в подобие зелёного луча. Продолжалось это действо почти до полного появления солнечного диска над горизонтом.

Долгое время фотография восходящего солнца с зелёным лучём украшала рабочий стол моего первого компьютера, пока тот не вышел из строя. И, как-то безалаберно, я отнёсся к сохранению этих уникальных фотографий, о чем теперь сожалею. Вообще, безусловно, самые красивые закаты и рассветы я видел только здесь, на Курильских островах, Камчатке и теперь – на подходе к Магадану.

15.09.16. На подходе в бухту Нагаева подняли все косые паруса. Ветер в галфвинд. И с таким шиком вошли в знаменитую, своей печальностью в прошлом, бухту. Убрали. Во время аврала зазвонил телефон. Снабженец неожиданно, начал меня доставать какими-то вопросами по иглам для швейных машин. Тут, как обычно, кадеты в конце практики начинают тупить, надо их подгонять и т.д. Позже я ему перезвонил с капитанского телефона, но толком так и не понял, что же он от меня хочет. Какие-то данные по машинам, иначе не принимают заявку, где-то там. Бред какой-то. Тем более, я ему образцы дал.

Магадан приближается

Убрали паруса. Курсанты облепили стень-стаксель – ну, чисто животный инстинкт – лезть на марсовую площадку и швп (шпрингель-вант-перты) не хотят – похолодало. Пришлось рыкнуть и всех – на ванты. Укатали безобразно – палубную команду бизани после постановки на якорь отправил на мачту переукатывать.

Вечером старпом озвучил какой-то сложный план нашего пребывания. Свёлся он к нескольким экскурсиям и двум катаниям в пятницу и субботу. Экскурсии для меня интересны посещением местного музея, где не удалось побывать в прошлый мой заход сюда на «Надежде». Начал вырисовываться план, когда же лучше встретиться на «Палладе» со своими друзьями, которых не видел более 30-ти лет.

15.09.16. Снялись с якоря и направились к причалу. Место на причале то же, на котором когда-то, стояла и «Надежда». Обеспечивают два красивых новых буксира с именами выдающихся людей, так или иначе, причастных к Магадану. «Александр Солженицин» и «Владимир Высоцкий».

Накрапывающий мелкий дождь сменился снежным зарядом. Видимость никакая, но в каких-то просветах видно, как сопки на глазах покрываются снегом. Удивляться не приходится – такова уж, погода северных наших регионов.

Утром торжественная встреча на причале с участием главных лиц области и рыбодобывающей промышленности. Наши, во главе с   Кузьмичём, красиво так выстроились в парадной форме и белых перчатках. Снег на время прекратился – на мелкий дождь никто не обращал внимания.

И тут выяснилось, что отлив с амплитудой в четыре метра, как-то резко начал проявляться. Парадный трап очень быстро занял горизонтальное положение – так, что еле успели участники встречи подняться на борт. Мы сразу организовали установку сходни. По предложению старпома начали размещать её на пассажирском выходе, где обычно принимают лоцмана. И тут выяснилось, что по ширине, сходня еле вмещается между рукоятками на стойках ограждения. Матрос с бизани Руслан (рост 208 см) попрыгал на сходне, и та воткнулась, и застряла на середине этих ручек. Подложили полеты, доски и т.п. – можно проходить. Завтра утром отпилим одну рукоятку. Обойдется лоцман и одной. Требования в регистре поэтому вопросу нет.

Но, проблемы с трапами на этом не закончились. Около 16-ти часов начался столь же стремительный прилив. Сходня начала задираться на палубе. Быстрое сооружение неких ступенек из полет, досок и т.п. оказалось неэффективным. Прилив нас явно опережал.

Начали готовить к постановке, ранее заваленный к борту, парадный трап. И тут, без особых нагрузок, неожиданно лопнул соединительный штифт нижнего блока с коромыслом. Это в тот момент, когда пытались извлечь крепежный палец из специального крепления. Для этой цели надо было слегка приподнять трап, тем самым коромыслом, чтобы палец легко вынимался. Бац! И коромысло полетело за борт. Повисло на новых грузовых шкентелях. Вот это номер! А если бы это случилось в момент опускания трапа на причал. Особенно, когда по нему ползает плотник, чтобы отдать второй стопорный топорик, при помощи которого отваливается и заваливается к борту трап. Трап в этот момент висит на коромысле.

И, конечно, когда мы готовили трапы к приёму высоких гостей (еще во Владивостоке и хорошо, что им не до нас) – разобрали, осмотрели, смазали все блоки, заменили грузовые шкентеля от коромысел к трапам. Вроде бы предусмотрели всё. Но вот такой подлянки никак предвидеть невозможно. Лопнувший штифт имеет незначительный зазор между коромыслом и скобой, в которую он ввёртывается на нижнем блоке. Внешним осмотром определить начавшийся дефект – невозможно. Придётся приварить обухи к коромыслу и той прямоугольной скобе. Затем соединить их обыкновенной такелажной скобой.

Утром, после начала всех экскурсий на судно, вдруг (у нас почти всегда – вот это – вдруг!) объявление по трансляции – записавшимся на экскурсию срочно(!) выйти к автобусу. Секунд десять я тупо размышлял, затем мгновенно оделся и в автобус. Хотя и не записывался заранее. Расчет верный. Набилось народу много, в том числе и футбольная команда (кто-то, чтобы подъехать к остановке автобуса, футболисты – чтобы с кем-то играть и т.д.), автобусов должно быть два, но оказался один. В конечном итоге практически всех возили по памятным местам. По информации экскурсовода население города составляет 90 тысяч человек. С областью 140 тысяч. Во времена СССР было 500 тыс.

Первая остановка у очень оригинального сооружения на смотровой площадке. Фигура мамонта в натуральную величину, изготовленная из бросовых механизмов, арматуры, гаек и т.п. Выглядит, ну просто потрясающе. За счет ржавления цвет, почти такой же, как у натуральных. И бивни, и уши и прочие части выглядят – ну, очень натурально. Всё это в память о том, что, когда-то здесь обитали эти аборигены. Конечно, кадеты обступили со всех сторон, сфотографировать толком никому не удалось. Терпеть не могу, с курсантами ездить на экскурсии – одни проблемы!

Затем, на берегу моря у места, где, когда-то стояли первые палатки – сфотографировались у памятника В. Высоцкому (скульптор – тот же автор, что и «Мамонта»). Высоцкий – в свой рост, как положено – с гитарой. На низком пьедестале строчка из его второго стихотворения о Магадане – «Я вам расскажу про Магадан…». Неслабый дождь, хотя и мелкий, не очень-то, дал всё толком рассмотреть. Всё-таки, лучший памятник Высоцкому из тех, что я видел – во Владивостоке.

Далее, по Колымскому шоссе, здесь же в городе, меняющему название на «Колымская трасса» – нулевой её километр поехали к памятнику «Маска скорби». Колымская трасса от Магадана уходит в сторону материка на 2000 км – до якутских приисков. Начало её хорошо видно из бухты Нагаева.

Под непрекращающимся дождем поднялись по сотне ступенек (аналогия с Голгофой!) к памятнику, создателем которого был, недавно ушедший из жизни Эрнст Неизвестный. Я уже был здесь в прошлый приход на «Надежде», но еще раз прошел по этим ступеням, поднялся внутрь памятника. Здесь две небольшие комнаты – стилизованные под захоронение и камеру заключенных.

В завершение посетили краеведческий музей. Три этажа с залами посвященными тем или иным темам. Освоение края, Дальстрой, репрессии, добыча золота, природа и т.д. Всё скомпоновано с большим тщанием. Очень приветливый персонал. Хотел оставить запись в книге отзывов, но в последний момент, что-то, отказался – возможно, это для высоких гостей, а тут какой-то боцман.

Все наши переезды совершались в относительно сжатые сроки. Попавшие в автобус футболисты ждали своего часа. Наконец-то, подъехали к крытому футбольному манежу, и, оказалось, что автобус будет их ожидать. В мои планы это никак не входило. Сопровождавшая нас девушка вызвала такси и за 160 р. (всего лишь! Так это до порта, а по городу – всё за 80!) были у проходной порта. Кстати, ценник в рейсовом автобусе удивил: билет до аэропорта – расстояние в сто км – стоит 109 рублей. И еще какие-то маршруты, той же протяженности – примерно, так же. Ау! Москвичи! С вашими билетами на метро туда-обратно, за эту же цену! И в прочих регионах, берущих пример от зависти к столичным…

Моя наивность, что проезд к паруснику свободный – рассеялся на проходной. Судовая роль, паспорт (скоро рассыпется от этих контролёров) и т.д. Как же провести своих знакомых на катание? В прошлый раз на «Надежде» я даже таксиста с собой провёл на это мероприятие. Но, сейчас сплошь и рядом, службы безопасности. (На Камчате, однако, вход был свободный. По-моему, негодяев ищут не в тех местах).

Ну, а на борту – всё те же проблемы – смотри выше. Поменяли блоки и коромысла с одного борта на другой – завтра продумаю ремонт.

16-17.09.16. Эти два дня пролетели единым мигом. В пятницу до обеда с мотористом Ваней начали переделывать крепление коромысла к нижнему блоку. Главным было – вместо обломанного штыря в вилке придумать, что-то более надежное. Нашёл подходящую по размеру такелажную скобу. Болгаркой срезали лишний слой металла и кувалдой вколотили скобу на вилку. При этом внешние выступы цапф, на которых держится внутренняя втулка – оказались внутри проушин скобы, что уже, само по себе, явилось весьма надежным. Ваня приварил скобу к вилке – и снаружи её, и внутри проушин. Теперь соединяем блок и коромысло другой такелажной скобой. Всё – очень надёжно и на виду.

Заказал такси по телефону и после обеда поехал в город на встречу со своими давними друзьями еще по службе на подводной лодке К-42. Прошло с тех пор почти 40 (!) лет и была некоторая неуверенность – опознаем ли мы друг друга. Подошел ко входу в административное здание и стал ожидать. Смотрю – по ступеням, спускается какая-то бабуля с клюкой в руке, и еле перемещаясь. Возраст у нас всех, примерно одинаков. Как-то, стало не по себе. Только со вздохом подумал – неужели, так время меняет, как на, те же ступени, выпорхнула элегантная леди, в которой я тут же сразу узнал красавицу Леночку, ничуть не изменившуюся с тех далёких времен. Конечно, чуть более взросло выглядит, но, всё такая же стройная, лёгкая, с шикарной шапкой волос – как будто, и не было большей половины жизни. Вот это – молодец! (Опять-таки – в наши-то, годы!)

Пёс Кучум

Времени на ахи, охи и прочее не было, потому как, нас ждали её друзья в каком-то дачном месте. С её подругой Ритой на такси подъехали к другой стороне бухты, по каким-то сложным дорожкам поднялись к дому. Первым нас встретил, грозного вида красивейший пёс, породы алабай, с коротко купированными ушами и хвостом. Более симпатичной морды из хвостатых, мне просто не встречалось. Густейшая шерсть глубиной с мою неслабую ладонь, так и требовала её погладить. Но, когда этот друг издал короткий рык, я, как-то, поостерёгся с ним здороваться ближе.

Открывшая нам калитку хозяйка, отстранила этого зверя, обняла своих подруг, а собаке просто сказала, что это – свои. Пёс тут же дружелюбно завилял остатком своего хвоста и каждого обнюхал. Как позже выяснилось – пёс совершенно слеп и только благодаря своему обонянию ориентируется и узнаёт всех и свой ареал обитания.

Хозяйка дачи Марина с профессором Еленой Михайловной

Хозяйка дома – Марина – очень симпатичная женщина провела нас в дом и познакомила с уже пришедшими её подругами. Одна из них – профессор филологии Елена Михайловна. Позже я узнал, что её лекции пользуются исключительным интересом и попасть на них хотят многие. В беседе на разные темы, действительно, было очень интересно послушать её суждения о всяко-разном: об истории Магадана, о современной действительности, об исследовательской работе по творчеству некоторых русских писателей и т.п. В ходе нашей беседы высказала оригинальный афоризм собственного сочинения. Боюсь неправильно повторить его в точности, но смысл примерно таков: счастье рождается из клубка сплетённых человеком несчастий. В общем, как-то так. И заранее извиняюсь перед автором за, наверное, искаженный пересказ. Повторить для записи постеснялся. С большим вниманием она слушала своих собеседниц, какие-то мои рассказы и задавала очень грамотные вопросы на морскую тематику. Оказалось, что еще в юности увлекалась морской терминологией и многое запомнила.

Компанию нам составляли подруга Лены – Рита, с которой она работает в одном кабинете в их учреждении. Две другие дамы – мама и дочь Наташа, прилетевшая к ней с запада на время отпуска – составляли компанию за шикарным столом, накрытым на зимней застеклённой веранде (т.е. в доме, т.к. есть еще одна – во дворе, выстроенная с большим искусством и изяществом, но там уже достаточно прохладно). Мама Наташи – поэтесса, и по отзывам друзей – очень талантливая. Наташа прилетает к ней каждый свой отпуск, а то и чаще. Весь круг присутствующих – в давней дружбе – общение совершенно непринуждённое, темы все интересные.

Но все мы заслушались рецептами приготовления блюд, которыми был уставлен стол. Марина, не просто, очень красивая женщина, но и, безусловно, кулинар от Бога. Не знаю, вспомню ли я всё, что было на столе: однозначно – достойно перечисления.

В самом начале нас ожидала 25-ти литровая кастрюля с ухой из свежей кеты (или горбуши – что-то, я перестал в этом разбираться), приготовленной по проверенной жизнью и веками – старинных рецептов. Во-первых, она была сварена на костре (во дворе на мангале), естественно, с дымком и несравненным ароматом, который мы сразу уловили. Варилась она поэтапно: всякие добавки, рыбьи кости, затем плавники и головы, после сама рыба. Всё это не доводилось до сильного бурления, а только, эдакого взбулькивания, вынималось, загружалось следующее и т.д., с добавлением в последний момент в неё двух третей стакана водки для особой изюминки.

Магаданское застолье

Когда мы после лёгкой закуски приступили к ухе, пальцы моментально едва ли не склеились, попавшим, каким-то образом на них, бульоном. Но, об этом позже. А вначале, приступили к той самой «лёгкой закуске». Хорошо, что я не был сильно голодным, иначе бы, был неминуем апоплексический удар из рассказа А.П. Чехова.

На столе были: нерка собственного посола, нежнейше – не бывает, блюдо с брусникой в морской капусте, совершенно, бесподобного вкуса, красная икра в традиционных яичных белках, но также, приготовленная по особому рецепту, гренки, особым образом поджаренные, тончайшие оладьи из баклажанов – я и не понял, что это нечто растительное, множество листьев салата, и прочей зелени, в названиях которой я всегда путаюсь. Но, всё – со своего огорода, что на склоне рядом с домом – чему я весьма удивился. Всё-таки – Магадан. И когда только, это всё успело вырасти. Марина, здесь же сорвала несколько листочков мелисы и мяты – показала, как их различать по виду и запаху. Даже я понял.

Совершенно замечательный напиток из той же брусники. В красивой вазе большой букет полевых цветов в центре, окруженный ещё множеством теснящих друг друга блюд, которые я просто не в состоянии запомнить. Причём, всё – со своего огорода. Почти по каждому виду угощений, Марина рассказывала о нюансах их приготовления, и все дамы слушали с исключительным вниманием. Замечательная Юлия Высоцкая со своей ТВ-программой, где она увлеченно готовит всякие блюда для телезрителей – просто, скромно стоит в сторонке.

Марина говорит, что ей не просто нравится готовить, но весь процесс доставляет большое удовольствие. А когда ожидает друзей – всё просто удваивается. И действительно, всё таяло во рту, и я поостерёгся налегать на это дело – впереди уха!

И в самом деле, после этой, настоящей ухи, даже не представляю, как смотреть на наш корабельный рыбный супчик, который по недоразумению, называют также.

Но этим дело не закончилось! Были поданы гигантские головы, той самой, то ли кеты, то ли горбуши. Была – не была! Я тоже взял на тарелку, на которой это чудо еле поместилось. И съел дотла, вместе с глазами, бесподобными хрящиками и т.п. Остались только пластинки над жабрами и несколько неподдающихся косточек. Огляделся по сторонам – примерно также, поступили и мои соседки. Сразу видно – народ понимает толк и вкус! Оторваться от такой вкуснотищи – невозможно!

Наконец, в этот замечательный цветник, в котором я обитал в гордом одиночестве, появился после работы хозяин дома – Юра. С ходу познакомились, он тут же рассказал какой-то анекдот к теме – такое впечатление, что мы были знакомы всегда. Совершенно замечательная семья, окруженная такими же друзьями!

«Паллада» в этот день вышла на рейд бухты Нагаева, вся в гирляндах огней, для участия в праздничном салюте. Я подозревал, что есть вероятность того, что вечерней швартовки к причалу может и не быть – у тех же буксиров и швартовщиков рабочий день закончится еще ранее. И запасной вариант держал в голове: есть достаточное количество вполне приличных гостиниц. Поэтому и рассчитывал, что после возвращения всех по домам на такси, посмотрю на рейд и поеду в гостиницу.

Но, Юра, приехавший на машине, категорически заявил, что всех развезёт сам. Распрощались с первой группой (а, было нас, не считая гостеприимных хозяев – семь человек. Всех я запомнил по именам, кроме Наташиной мамы и еще одной их подруги, прибывшей, чуть позднее остальных). После первой группы мы распрощались с домом, красавцем Кучумом (имя собаки) и поехали не спеша, к мамонту и памятнику Высоцкому.

Памятник находится на смотровой площадке, где мы уже были на экскурсии в дождь. Также как и во Владивостоке, звучат его песни из невидимых динамиков. Сразу бросилась в глаза гирлянда огней на «Палладе», стоявшей на рейде. Позвонил старпому – швартовка завтра. Не беда – всё по плану. Но Юра с Мариной – категорически: никаких гостиниц – только у нас! Ну, что, тут будешь делать?

Отвезли всех по домам – прямо к подъездам. Кто-то из дам пытался выйти раньше, чтобы Юра не лавировал во дворах на машине. Но, тот в ответ показал на небольшой значок на стекле с надписью на нём: – «Здесь рулю я!» Без комментариев!

Покатались еще по ночному Магадану. Вполне современный город, с хорошим освещением, светофорами (кстати, практически, на каждом перекрестке). И вновь вернулись к гостеприимному дому и сторожу Кучуму. Этот дом остался от родителей. Юра и Марина поначалу использовали его как дачу, но с некоторых пор решили жить в нём постоянно, кроме самого зимнего времени. Так что, городская квартира пока простаивает, но, как сказала Марина, Кучум уже чувствует предстоящую разлуку (хотя, Юра каждый день приезжает подкармливать). Кроме алабая, во дворе еще есть в загончике две собаки непонятной породы. Это остались от их знакомого охотника, ушедшего из жизни. Юра их приютил и кормит, хотя ему и предлагали от них избавиться. Но, он, категорически отказался. (Тоже ведь, какая чёрточка!)

Засиделись за чаем далеко за полночь. Марина принесла настоящую перину, под которой я не то, что заснул, а просто, мгновенно отрубился.

Конечно, мне очень хотелось встретить Марину и Юру на «Палладе». Но, в отличие от прошлого захода сюда на «Надежде» – теперь, так просто не пройти. А времени на оформление пропуска – уже нет. Для Лены и Риты, и их подруги Любы я успел договориться с 4-м помощником, чтобы тот попробовал их включить в дополнительную судовую роль – всё почти случайно. И пока еще уверенности нет, что всё с ними получится – слишком много надо всяких согласований, печатей и т.п. Но, по другому, никак нельзя. Вообще – бред, какой-то! А днём планируется выход на три часа под парусами вдоль берегов бухты. Где-то, формируются какие-то списки по линии городских властей, но туда доступа нет даже у капитана.

Снова Юра подвёз меня к проходной и они с Мариной поехали куда-то на Колымскую трассу за последними ягодами. Дел до выхода – выше крыши. Но, все на борту и подготовка своим чередом. Постоянно подходят автобусы со школьниками, которых гиды из наших курсантов водят по кораблю, разъясняют и показывают всяко разное.

Позвонил Лене, чтобы они не опоздали. Девушки мои проявили себя молодцами, прошли через проходную по доп. роли и – вот уже на борту. Провёл в свою каюту, разместил и после этого – небольшая обзорная экскурсия по верхней палубе, в парусную и т.д. В два часа снялись. Паруса на выходе поставили только на фокмачте и бушприте – чисто для показа, как это делается. Шли, конечно, под двигателем – паруса обстенены, но никого это не смущало. Погода в этот день была великолепная – повезло всем. Я постарался на долгое время не отвлекаться на палубные дела – заместителей достаточно. Надеюсь, подругам Лены и ей самой, этот небольшой поход останется в памяти.

Когда провожал их от проходной, автобус, уже перестал ходить. Заказанное такси, тоже, что-то никак не показывалось. И тут остановился автомобиль, и владелец помахал нам рукой. Видимо, обратил внимание на мою красную штормовку и кепку с эмблемой. И, хотя я не ехал, мне водитель сказал, что доставит их всех, как нельзя лучше. Уже такой не первый случай, когда наших моряков подвозили совершенно незнакомые люди и без всякой оплаты. Так и в этот раз. Можно вполне назвать это отношение – визитной карточкой магаданцев.

В последний день нашего пребывания в Магадане (воскресенье) времени до отхода (семь вечера по корабельному времени) было еще достаточно, и мы с Леной созвонились, чтобы встретиться и пройтись по городу, благо, погода установилась, в отличие от первых здесь дней. Удачно воспользовался оказией со школьным автобусом (добираться из порта довольно далеко). Автобус остановился в центре города у одного из административных зданий – центра культуры (вывеска). Водитель пообещался меня подвезти и обратно. В ожидании Лены прогулялся по центральной улице (угадайте название?), которая возле автовокзала меняет название на Колымское шоссе. Оно в свою очередь, через несколько километров обретает свое историческое название – Колымская трасса, уходящая вглубь материка на 2000 км.

Посмотрел на цены в мега маркете (их здесь несколько). Продуктов множество на любой вкус. Цены незаоблачные. Удивили свежие французские батоны. Во Владивостоке почему-то не встречаются. Есть, конечно, выделяющиеся ценником продукты, но это, наверное, на местных олигархов. Так, угорь копченый – 1 кг 2221 р (запомнилось легко). Не иначе, как нашпигован продукцией Сусуманзолото. А, в общем, всё остальное вполне доступно. Как и во всём мире – не меряно китайцев и прочих обитателей СНГ.

Троицкий собор в Магадане

В Троицком соборе

Увидел купола главного магаданского храма. Очень красивый внешне. Вспомнил, что экскурсовод в автобусе говорила, чтобы при возможности, посмотреть внутри. Что я и сделал. Воскресенье – полным ходом идёт служба. Народу полный зал, много молодёжи. Голос у ведущего священнослужителя поистине шаляпинский. Невольно завораживает. Акустика великолепная.

Отделка внутри исключительно красива. Нам рассказывали, что для росписи стен и купола внутри приглашали каких-то знаменитых художников. Безусловно, своей цели они добились. В том числе, украшением всего зала является гигантская люстра в виде подвешенной пирамиды. Благодаря её конусу не загорожен вид на роспись стен вверху и внутри главного купола.

Зажёг свечу – самую большую – в память о своих ушедших. И внуку Сёмочке приобрёл небольшой сувенир – пусть содействует ему по жизни.

По пути к городскому парку зазвонил телефон. Лена. Уже в пути, обговорили место встречи совсем рядом. Далее, некая полуанекдотичная ситуация. В небольшом сквере с памятником магаданцам, участникам Отечественной войны достал телефон – доложил, что я почти на месте. И тут обратил внимание, что на нём чего-то не хватает. Вроде был с гладкой поверхностью, а сейчас – какие-то выступы и карта памяти виднеется. (Телефон небольшой с двумя симками. Современных смартфонов у меня три, но так и валяются без дела). Дошло, что нет крышки. В карманах нет – не иначе, обронил, отчего-то она отсоединилась. А тут и Лена подошла. Как всегда – элегантная, лёгкая, воздушная – время её не берёт.

Направились по моему пути – посмотреть, не валяется ли эта крышка под ногами. Нет, не нашли. Лена предложила зайти к китайцам, у которых всё есть. Это – рядом. Всё равно – наша цель – просто прогуляться. В этот момент в кармане зазвонил телефон (и как это батарейка не отвалилась!). Это Юра из дома, где я ночевал вчера под периной, спрашивает – не моя ли, какая-то пластиковая штучка, что нашлась на полу. Конечно, мы сообщили, что заняты поисками этой крышки, и направляемся к китайцам для её замены, а эту можно выбросить. На что, Юра слегка удивился, застав нас так удачно в городе, и велел его ожидать – через несколько минут будет вместе с Мариной по своим делам.

Так что, пустяшная крышка поспособствовала еще одной встрече с этой замечательной семьёй. Бывает же так, что встречаешь по жизни людей, ранее незнакомых, но чувствуешь к ним расположение, как будто дружим всю жизнь.

С Леной

Погода в этот день выдалась на редкость – ни дождя, ни ветра. Солнечно и тепло. Прошлись с Леной по городу, в местном очень красивом парке. Сфотографировались с Козиным, известным в прошлом веке исполнителем песен и романсов, всю жизнь прожившим в Магадане. Памятник ему – в сквере у своего дома: сидит, задумавшись, на лавочке. Позвонили старым друзьям Тане и Алёше Шпирко (штурман на К-42), живущим в Улан-Уде. Вот уж, у них было приятного удивления!

В ходе прогулки множество воспоминаний, рассказов и т.п. – нам было, что вспомнить. Пообедали в кафе, совершенно современном, ухоженным и пользующимся спросом. Лена принесла фотографии – было очень интересно посмотреть на своих подводников и их семьи, о которых уже давно, почти ничего и не знал. У всех свои – и простые и сложные судьбы.

Как, ни жаль, а наступило время расставанья. Всегда, расставаясь с друзьями своей боевой юности, испытываешь некое чувство печали. Радует, что Лена окружена хорошими друзьями, часто бывает на западе, в т.ч. и во Владивостоке. Надеюсь на встречу в своем доме.

С наступлением темноты снялись от причала и с включенными гирляндами подошли на максимально возможное расстояние до берега. Как раз напротив знаменитого мамонта. Были видны в свете фонарей автомашины на набережной, и угадывалось множество народу. Визит «Паллады» в Магадан широко освещался местными СМИ, опубликовано расписание нашего пребывания, в т.ч. и время отхода с феерверком и т.п. Поэтому, не очень, видимо, избалованные зрелищами магаданцы и устремились на свою красивую набережную.

Под бессмертный марш прощания Славянки, «Паллада» красиво развернулась вдоль набережной – три протяжных гудка тифоном и легла на выход из бухты Нагаева. Как ни странно, мостик про меня на якорной вахте не забыл, и довольно быстро поступила команда на якоря по-походному.

19-21.09.16. Волна и ветер попутные. Погода сухая. Паруса поставили только на второй день перехода, когда ветер чуть стал посильнее. И с ходом под 12 узлов обогнули камчатский мыс Лопатку.

За это время модернизировали пассажирские выходы (есть такие для спуска на спасательные плоты). На «Палладе» их используют для приема лоцмана и иногда – установки сходни, когда парадный трап при отливе уходит ниже причальной стенки. Так было и во время нашей стоянки в Магадане. Отливы более 4-х метров – пришлось воспользоваться сходней. Практически, это тот же парадный трап, но с фиксированными ступенями специальной формы. Когда сходня занимает горизонтальное положение, эти ступени торчат вертикально. И хотя, они достаточно широкие для опоры ногой – промежутки между ними представляют опасность для оступившегося человека. Поэтому, я еще ранее поручил плотнику сколотить из аварийного леса настил с поперечными планками. Его мы размещаем поверх ступеней сходни, и перемещаться по ней стало гораздо удобнее и безопаснее.

Но, раньше мы сходню (в Китае и Корее с ещё большей амплитудой приливов – отливов) ставили на штатном широком выходе в леерном ограждении и она свободно помещалась по ширине. Сейчас, поставили в проём пассажирского выхода и она застряла между опорами, за которые держится лоцман. Не вписывается в размер, хотя это место для сходни наиболее удобно (высота борта меньше). Достаточно вахта промучилась с ней в Магадане, бесконечно подставляя пластиковые поддоны (полеты). Но, пропихнуть её между опор для рук лоцмана, до палубы – так и не удалось.

Пришлось отпилить все ручки на обоих бортах и приварить по новой с укороченными загнутыми краями. Капитан согласился с предложением на время стоянки дома вместо парадного трапа применять эту сходню. Трап надо всячески беречь, потому как ремонт его сложен и дорог. А предпосылки ко всяким с ним проблемам уже были. То коромысло отвалилось из-за излома держащей его шпильки, то отвернулась гайка, фиксирующую тягу ступеней (они подвижные в отличие от сходни), то на волне трап елозит по причалу – износ нижнего опорного валика уже выше всяких норм.

Заменил крепления коромысла на блоке (приварили с мотористом Ваней широкие скобы проушинами к щекам). Получилось надёжно. Крепление коромысла к блоку – другой скобой через штатное в нём отверстие. Затем, то же самое проделали и на другом борту. (До сих пор вспоминаю, как оборвалось коромысло весом с 10 кг в безобидной ситуации. И хорошо, что мы тогда, начали попытку поставить трап на берег, и это случилось еще до отваливания трапа от борта. А так – плотник на трапе, висящем на грузовых шкентелях, закреплённых к этому коромыслу, всегда под ним отдаёт или крепит стопор-топорик от лебёдки заваливания трапа. Мало того, что получил бы по голове этим коромыслом, с неизвестным исходом, так и трап, полетел бы вертикально вниз между причалом и бортом судна. Вместе с плотником (мороз по коже). Теперь можно быть спокойным. Но моё требование проверки всего устройства во время ремонта на грузоподъемность будет абсолютным. И конечно, сведу по возможности применение парадного трапа к минимуму. Только для Президента. Остальные обойдутся сходней.

Заменили и грузовой трос на шлюпочной лебёдке правого борта. На левой – это проделано еще раньше. Для плетения огона в коуш применил свою приспособу. Всё-таки, она требует незначительных усовершенствований для идеального крепления троса и коуша. Но, и так – хорошо. Палубный народ под моим наблюдением осилил четыре пробивки жесткого троса и с двумя замками. Хотя, и с некоторым стенанием. Трос достаточно упругий и свайкой колоть пряди не так просто.

За время движения под парусами Миша с матросом Русланом отремонтировали порывы на бом-кливере и верхнем фор-марселе. Всё было достаточно непросто и на бушприте и на верхнем марса-рее. По себе знаю, как сложно подобраться к порыву в центре прямого паруса. Миша и Руслан справились с этим делом, хотя и были похожи после работы на обмороженных. Я в это время заплетал огоны для лееров сходни в парусной, и, когда они появились с мачты после своей работы, сказал Русику, чтобы он держался от меня метрах в двух, потому как, от него веет холодом, как от айсберга. Рост Руслана 208 см и вес соответствующий. Мы им, периодически проверяем надежность крепления пертов, выбленок и прочих опорных предметов.

22.09.16. С хорошим ходом под марселями, фоком и гротом вышли на траверз Авачинской бухты. Не доходя до границы террвод, убрали паруса и легли в дрейф. Стоянка всего сутки – сдадим курсантов и домой.

Говорят, что в новостях показали сюжет о гонке в Черном море. «Мир» на первом месте. «Надежда» выбыла из борьбы – какие-то проблемы с фок-мачтой. То ли сломана, то ли погнута. Пока точной информации нет. Для «Паллады» – это пройденный этап. Была сломана фок-мачта выше краспиц, также в парусной гонке. Сумели весьма оперативно отремонтировать в непростых условиях, в Йосу (Ю.Корея). То был урожайный год на поломки мачт. «Крузенштерн», баркентина «Погория» – сложились все три мачты. И еще у кого-то. Но вот, история повторяется. Я не исключаю, что могли перенагрузить дополнительные стень-фордуны, идущие от середины стеньги (часть мачты между марсом и салингом). У них нет противодействия штагом, как для остальных фордунов. Мне на эту особенность показал сам главный конструктор нашего проекта Зигмунд Хорень и предупредил, что, ни в коем случае нельзя сильно набивать эти фордуны – мачта будет изгибаться в точке их крепления (фордуны – стальные тросы, удерживающие мачту в направлении кормы и к бортам).

23.09.16. Прибыли в Петропавловск-Камчатский. Промелькнули по правому борту три вечных сторожа Авачинской бухты – кекуры Три Брата. Погода удивительной чистоты и прозрачности. Наше место занято круизным теплоходом – говорят, что приходит на пару дней из Китая. Поэтому, швартовка кормой – к свободному кусочку причала, где стоят рыбацкие рефрижераторы. Прицел на заход – между двумя швартовными бочками. В обеспечении два буксира.

Отдали левый, затем правый якорь. Протянулись между бочек с вытравливанием якорных цепей. Левая вышла до жвака-галса – все десять смычек. Правая чуть не дотянула. У нас нет жвака-галса, который представляет собой гак, законтренный подвижным стопорным кольцом. За этот гак заведено концевое звено якорной цепи. При отдаче с носика гака стопорного кольца, он откидывается и концевое звено с него слетает вместе с цепью и якорем. Наверное, нет этого приспособления и на большинстве современных судов. Вместо него применяется устройство быстрой отдачи якорной цепи. Массивный валик (плунжер) держит концевое звено и при редкой необходимости шестеренчатым приводом выводится из зацепления. Но, старинное название – жвака-галс – так и осталось в морском сленге. Всем на корабле понятно, о чем идёт речь.

Привязали корму швартовами. Но, оказалось, что за правую швартовную бочку надо закрепиться еще и швартовым. На буксир высадили двух матросов. Буксир потащил швартов к бочке. Матросы высадились на неё и здоровенной такелажной скобой закрепили гашу за рым на бочке. Всё звучит примитивно просто, но на самом деле суеты хватило. Одной длины швартова до бочки не хватило и пришлось соединять за гаши ещё один. Если учесть, что полученные швартовы в диаметре 15 см (линкоры можно привязывать!), то никакая скоба не могла их соединить. Пришлось доставать стальные стропки и обматывать ими швартовные гаши.

Вместо обещанных суток стоянки с поездкой в Паратунку, отойти должны в пять часов вечера, т.е. буквально через пять часов. Поэтому возню со швартовой бочкой восприняли как-то без энтузиазма. Но, правила хорошей морской практики требуют быть готовыми ко всем погодным неожиданностям.

Вместо торжественного выхода, отошли только, где-то во втором часу ночи. Упёрся местный портнадзор. Ничего конкретно не проверяя, смотрели только документацию. Всё по этой части было готово – от и до (иначе, не выйти в рейс). Но, обязательно находится дворник, главнее паровоза. Совершенно необоснованные сомнения в документации, проверенной и утвержденной Морским Регистром. Ни на каком основании. Просто показать, кто в доме на окраине России хозяин. Показывали семь часов (в прошлый раз на отходе отсюда же – 13(!) часов). Но тогда, хотя бы, был мальчик – пассажир – ждали подтверждения разрешения из Владивостока. Трое помощников капитана, полуживые от общения с этим народцем, меняли друг друга, постоянно доставляя всё новые документы. В результате сорван праздничный отход судна для города. Множество народу приехало на главную площадь, с которой хорошо виден рейд. В общем, все: и родители, и город, и «Паллада» получили от клерков местного портнадзора благодарность за трёхмесячное плавание с их детками. Был бы, хотя бы, повод к такому отношению.

Впрочем, повод всегда можно найти. Хоть ты золотом облейся, что-нибудь, да можно найти. То нет маркировки на задрипанном каком-то штуцере, сто лет назад забытым по недоразумению и ненадобностью. То маховик на вентиляции вращается с трудом, то нет наклейки, обозначающей спасательный круг (на кой хрен она нужна – круг и есть круг) и т.д. и т.п. Мой, незабвенный командир первого дивизиона на апл К-42, Спиглазов Анатолий Фёдорович, всегда, после наших заедливых многочисленных проверок, говаривал, что вот бы ему поручили проверить полк бомбардировочной авиации, в котором он ни черта не смыслит – полк этот, никогда бы не поднялся в воздух.

Уже глубокой ночью на шлюпке я забрал с берега (трап с кормы отдан) второго и 4-го помощников, совсем измученных в этих камчатских застенках.

24.09.16. Как обычно, на якорной вахте (выходим из Авачинской бухты) про меня мостик забыл. Уже прошли линию мысов Маячный – Безымянный. Щелканья по микрофону связи с мостом, покашливания в него – нет реакции. Пока открытым текстом не спросил: – а, как там с глубинами в Тихом-то океане? Якорь до дна достанет? Ответ всё тот же: – Ой, Саныч!!! Время – полчетвертого утра. Впрочем, понятно – второй помощник после общения с портнадзоровскими, всё еще, никак в себя не пришел.

Погода хорошая, но ветер встречный. Идём Тихим океаном вдоль камчатских берегов. Вымыли палубу после берегового нашествия. Троих матросов поставил на рулевую вахту – остальные в рабочей команде. Вначале со старпомом решили всех по очереди использовать на руле, но это внесёт неразбериху: кто-то отдыхает до и после вахты, а кто в рабочке – высчитывай. Поэтому, трое – только на вахте.

Оставшиеся силы занял подготовкой леерного ограждения сходни. Для этого надо оклетневать полумушелем приготовленный трос. Хорошая, хотя и кропотливая такелажная работа.

Во время утреннего обливания наблюдал восход солнца в Тихом океане. Совсем как у Городницкого: «Красной огромною рыбой солнце встаёт в океане…» (Это из его шлягера «В городе Понта-Дельгада». Когда-то, проезжая мимо него на острове Мадейра, подумал, где же я слышал это название. Из песни, оказывается). Пока размышлял – не побежать ли за фотоаппаратом – поезд ушёл. Быстро, однако, светило выбирается из-под горизонта.

Утренние мои обливания в Охотском море и океане вызывают удивление некоторого нашего народа – типа, ну, надо же! На самом деле – всё примитивно и никаких эмоций. Четыре ведра, зачерпнутых из-за борта и опрокинутых на себя, не доставляют никаких мурашек, никакой дрожи и т.п. После – просто хорошее ощущение. Летом, кстати, в тёплых морях обливался крайне редко. Смысла почти нет.

26.09.16. День хороший, солнечный с отличной видимостью. Четвёртым Курильским проливом вышли в Охотское море. По левому борту остался один из крупных островов – Онекотан. В бухте северного его побережья виднелось круизное судно средних размеров. То ли китайцы, то ли японцы. Интересно, возят ли их на берег. А посмотреть там есть что. По карте – озеро с названием Круглое, а в центре его возвышается вулкан. Впрочем, вулканы со всех сторон.

По новостям показали участников регаты в Черном море. В том числе, и «Надежду» без куска фок-мачты. Выше салинга – ничего нет. Но выглядит внешне по тв, как будто, так и надо. Мелькнул «Херсонес» в новой покраске с синей полосой вдоль борта. На расстоянии будут путать с «Миром», у которого синяя полоса расположена также, но гораздо шире. Синяя полоса – отличительный знак учебного парусного судна. «Надежда», также имеет синюю полосу ниже фальшборта). «Мир» показали одним мгновением, но позже упомянули, что победный приз из рук президента получил капитан Андрей Орлов.

Закончили изготовление леерного ограждения для сходни. Оклетневали прядями полипропиленового конца с помощью полумушкеля стальной трос. Некоторый наш народ впервые видел, как это делается, так что – польза прямая. Осталось, то же самое, сделать на среднем уровне стоек ограждения сходни.

К вечеру упал густой туман. Всё логично – нагретый солнцем воздух и холодная вода делают своё дело.

26.09.16. Занялись вторым ярусом леерного ограждения сходни. Матросы Сергей с Максимом взяли один трос, Дима с Женей – другой. Я уже только изредка подсказывал очередность действий. Решил оба леера: уже установленный и тот, который на среднем ярусе стоек, набивать одним талрепом. Для этого надо точно измерить точки зацепов огонами за верхние вилки талрепов. Талрепы нержавеющие и смотрятся вполне прилично. Из-за дождя пришлось переместиться в учебную аудиторию, где трос растянули между пиллерсами (вертикальные столбы – опоры для верхней палубы бака) и оклетневали полумушкелем, всё теми же прядями фиолетового цвета, распущенного для этой цели полипропиленового троса (другого цвета, кроме белого нет).

Мостик объявил аврал для подъема косых парусов. Вышли все, кроме женского персонала. Действия вполне успешные. Но, с брасопкой всё не так гладко. Никак я не могу смириться с местными правилами – травить брасы другого борта под нагрузкой, чтобы лишний раз их не обтягивать. Реи должны лететь с одного борта на другой до упора на ванты и фордуны. При этом реи, что выше самых нижних (фока-, грота- и бегин-рей), должны выставляться еще круче – у них острее угол брасопки. Всё обтягивается на этом борту и после, уже выбирается слабина брасов на подветре. Но, «Паллада» – не гоночный аппарат (с кем гоняться-то, на ДВ?) – всё очень медленно, размеренно и т.д. На своей мачте, как-то не обращаешь внимания, но сейчас бросилось в глаза. Тем более, мостик обращается по громкой связи ко мне, а я вынужден подстраиваться под своих неторопливых коллег – боцманов мачт.

Ближе к полночи ветер закис, волна осталась – паруса убирать. Укатывали не совсем качественно – комсостав и машинная команда не очень представляли, что от них требуется. На бушприте и того хуже – никто к парусам не притронулся, пока не подоспела остальная палубная команда. В результате – проспал своё обливание в пять утра.

27.09.16. Обновлённая сходня готова. Удалось одним талрепом набивать по два леера – верхний и нижний – одновременно. Миша – парусный мастер, получил задание готовить обвесы на сходню. Начали чехлить верхние косые для стоянки под своим мостом. Подняли косые, обрасопились на крутой бейдевинд левого борта.

Ночью разбудили телефонным звонком с моста. Заполаскивает первый кливер – то ли порвался, то ли шкот потравился. Типа: подними кого-нибудь и что-нибудь сделайте. Спросонья сразу не догадался, чтобы объявили аврал для палубной команды. Что-либо сделать с парусом вдвоём-втроём мало реально. Оделся – дождь – и поднялся на бак посмотреть, что же происходит.

Действительно, парус заполаскивает и он хлопает на ветру. Потравился шкот. Выбрал на провисе шкота слабину на нагель – больше ничего в одиночку не в состоянии. Подошел матрос Коля из рулевых на мосту. Вдвоем тоже ничего не сделаешь. Завёл шкот на шпиль через канифас-блок. И всё бы хорошо, но в последний момент парус еще раз хлопнул, и с этим хлопком шкот оборвался. Блок взлетел с остатком веревки.

Пришлось отдавать шкотовый палубный блок левого борта, обносить вокруг фор-стень-штага, крепить на палубе справа, вытягивать шкот и т.д. К этому времени подбежали с моста два помощника капитана, на джойстик управления рулём встал сам капитан Кузьмич, грамотно привёлся, и мы завели шкот на нагель.

28.09.16. Поставили нижние марселя – ход прибавился. Вышли на траверз мыса Анива, что на Сахалине. Здесь течение работает на нас – скорость под 9 узлов. (Вспомнить, как здесь, в проливе Лаперуза, ползли с ходом 1-1,5 узла почти две суток во встречном направлении).

Миша занялся изготовлением обвеса на сходню. Плотник Андрей вырезал буквы по трафарету. Я немного помог с пришиванием полос из тентовой ткани (на местной швейной машине это непростая задача). Плотник поспешил приклеить первую букву. Оказалось, что нерасчетливо. Места для остальных еле хватило. И когда уже приготовили на боковые стороны обвеса подшивы, я попросил измерить длину всего обвеса. На 20 см длиннее, чем нужно. Пришлось урезать так, что крайние буквы попали на подшиву (подшива – это вдвое сложенный материал, с обоих сторон облегающий шкаторину паруса, или боковину обвеса, как у нас).

На завтра планируется снятие спасательных плотов с их мест крепления со стороны левого борта. Чтобы не терять времени на это дело с подходом судна. С правого борта их снимут автокраном с берега. Планируемая стоянка – 20 суток. Надо сдать на проверку всё, что подлежит этому делу раз в год. После по плану рейс в Шанхай. Но, как известно, планы у нас гибкие. Хотя в отношении «Паллады» это несправедливо – пока все озвученные рейсы выполняются по графику.

Вечером аврал – ветер скис, убрали и укатали косые и прямые. Не обошлось без моего рыка в адрес фоковских, которым отправил на помощь трёх человек с бизани. Фок отказался (не их дело – отказываться, если это моё решение). И к тому же, укатали свой нижний марсель неправильно (посылка к ним и была целью подсказки, как надо). Отдраконил эту молодёжь по полной схеме.

29.09.16. У Любашки день рождения. Больше 30-ти лет мы уже вместе. Звонок по инмарсату – как всегда она на работе, хотя время уже вышло. Но её уже ждет на машине Маша (а, где же Семён?). Впрочем, две бабушки трудятся в поте лица на этой ниве. Значит, где-то под надёжной опекой Мишиной мамы или в своей люльке, пристёгнутой на заднем сиденье. Это мне не очень нравится (как бы не накаркать!). Всё больше на дорогах безмозглых придурков, в основном детского возраста. В перерывах между рейсами, когда доводится ехать на машине – их дурь, бросается в глаза. То, что сейчас в правилах именуют опасной ездой. Остается только надеяться.

Легко сняли все плоты левого борта – грота рей обрасоплен своим ноком прямо над кормовой группой. На рей заведён строп (вчера изготовили из мощной строп-ленты) с подвешенным блоком. Блок с грузовым шкентелем образуют гордень (самое примитивное грузоподъемное устройство). Ходовой конец горденя через два палубных блока выведен на носовой шпиль. По моим командам свистком, шпилём тянут этот кончик. А с плотом работают два человека.

И опять – всё те же грабли из законов Мэрфи (про разъяснение, исключающее всякое ложное толкование). Даю три свистка, что означает травить грузовой кончик. Плот резко падает в свой ложемент – хорошо, что я его приподнял не более метра. Боец на барабане шпиля просто отпустил веревку без плавного потравливания. Конечно, статус-скво восстановлен, но хуже всего, что это по следам события. Вроде всё предусмотрено, все проинструктированы, головами кивнули, что всё понятно – и вот, тебе!

С носовой группой плотов на левом борту – сложнее – надо брасопить рей. Чахлыми силами палубной команды брасопка реёв грот-мачты – дело не простое, требующее значительных физических усилий. Посмотрел на грузовой шкентель для парусной шахты, блок которого закреплен на марсовой площадке. Соединили два грузовых шкентеля и с помощью оттяжки удалось ровно поднимать плоты, не брасопя, грота-рей.

После обеда поступила информация, что автокрана, чтобы снять с берега плоты правого борта – не будет. Сняли на палубу и все плоты правого борта. Кормовую группу снимали вручную талью в четыре лопаря. Закрепили её на коренном конце ближайшего фала косого паруса, который подняли по фордуну в необходимое положение над плотами.

Усилился ветер с галфвинда – подняли косые с контр-бизанью. Гафель приподняли дирик-фалом и контр бизань встала красивой ложкой без единой морщины. К вечеру – всё убрали.

30.09.16. Безоблачная погода, но сильный встречный ветер с зюйда. Т.е., как обычно, при плавании «Паллады» – в каком бы, направлении мы не шли, всё время мордотык. Ведь по пути к Магадану, только и мечтали о попутном ветре. На обратном пути – всё то же. Даже удивительно, как же, наши великие плаватели под парусами, справлялись с этими проблемами. Ход в лавировку к намеченному пункту требует неслабого терпения и физических сил. При этом непосредственное перемещение по надлежащему курсу – всего ничего. Ветер развёл и встречную волну, которая нас подтормаживает.

Тем не менее, время от времени появляется телефонная связь – берега Приморского края не так уж далеко. Вечером обрасопились на другой галс в ожидании захода ветра по прогнозу. Доступ к снастям грота и фока загроможден плотами на палубе – не всё так просто. Но по авралу выходят все, в т.ч. и из машинного отделения, штурмана, электрики, завпрод и т.д. Я пытаюсь командовать этой разношерстной толпишкой, чтобы тянули брасы более-менее синхронно. При этом – большое желание дать по башке боцманам, травящим брасы противоположного борта. Мои вопли – травить свободнее! – их как-то не трогают. Оправдываются, что реи не будут туго обтянуты. Хотя, всегда, сразу весь народ переходит на подветренный борт для обтягивания подветренных брасов. А выбирать реи, особенно самые нижние, достаточно тяжело. Но, в конечном итоге, брасопка реёв не занимает много времени. Большая часть уходит на приведение снастей в исходное положение.

Ничего не поделаешь. Здесь на «Палладе» привыкли к размеренному, неспешному действу. В гоночных условиях такая брасопка приведёт к потере темпа. Там реи должны перелететь, в буквальном смысле, с борта на борт или в нужное положение, чтобы скорее заработали паруса. А после, уже, обтягивают брасы. Но, на востоке гоняться не с кем. В какие-то, далёкие былые времена, раз в год, гонка сводилась к соперничеству с «Надеждой». Интересно, отправят «Надежду» домой с поломанной мачтой? Или её, нынешний владелец Росморпорт, оставит в Черном море? Всё-таки осень. Индийский океан суров в это время.

01-02.10.16. Раннее утро. Темно. Звёзды вперемешку с облаками. Вода из-за борта 16 гр. Справа огни Находки. Впереди Уссурийский залив. Некоторая зыбь имеет место. Хорошо, что плоты на палубе не раскатились. Через пару часов лоцман, швартовка и т.д. Новый трап – сходня с красивыми обвесами ожидает своего причала. Миша немало потрудился над этим, вместе с плотником, который вырезал буквы для обвеса (название) по трафарету.

Подравняли реи и снасти. Вымыли палубу и забортной водой, и пресной, под давлением. Народ проверил и обтянул крепления прямых парусов после курсантской укатки. Если стоянка задержится на зимнее время – после будет не до этого. В ветер и холод по реям не побегаешь, хотя преценденты с сопутствующими обморожениями были в прошлом.

Рейс закончен. Без сомнений – был достаточно интересен, и хватило в нём всего. Что дальше…

Автор: Абрамов Николай Александрович | слов 10882

комментариев 2

  1. Кузнецова Анастасия
    18/10/2016 18:37:03

    Николай Александрович, СПАСИБО Вам за рассказы! Весь день взахлеб, оторваться невозможно, просто продолжение «Паллады»!

  2. Кузнецова Анастасия
    18/10/2016 18:38:44

    И отдельное огромнейшее спасибо от всего сердца — за ПОДАРОК!


Добавить комментарий