Николай Сухомозский Испорченный кайф

(1973 год; г. Киев, УССР)

Мой однокурсник Валентин Тарнавский (в будущем – украинский писатель), будучи весьма симпатичным парнем, пользовался нешуточным успехом у противоположного пола. Причем не только родного курса и факультета журналистики КГУ им. Т.Г. Шевченко. Чем не гнушался воспользоваться.

Мой земляк Анатолий Терещенко из Лубен тоже испытывал страсть, но не физиологическую: к фотографии. Возрастом он был постарше большинства – так сказать, уже умудренный некоторым житейским опытом. И, став студентом, сумел найти общий язык с комендантом общежития №4, выделившему ему под фотолабораторию махонький закуток, имеющийся при входе в каждую кухне на этаже, предназначенный уборщицам для хранения инвентаря. Фанатик проявителя и фиксажа присобачил к дверям навесной замок и вознесся на седьмое небо.

Имея обширные контакты в столичных СМИ, Анатолий систематически получал в редакциях не только задания, но и командировки вкупе с командировочными — то в газетах «Молодая гвардия» или «Друг читача», то в журнале «Хлібороб України». К тому же, снимки оплачивались отнюдь не копеечным гонораром. Не удивительно, что Терещенко едва не ежевечерне пропадал в своем закутке, печатая фотографии.

Да, те, кто не жил в четвертой общаге могли внятно оценить ситуацию, проведу рекогносцировку на местности, под кодовым названием «Кухня». Открыв дверь из коридора, попадаешь в бздюльку-предбанник, размером не больше метра на метр. Справа – дверь в подпольную фотолабораторию, прямо – непосредственно к газовым плитам, огромному алюминиевому столу и мойке.

Так вот, в тот очень поздний вечер Валентин для интимной части свидания с биологиней, живущей на верхнем этаже, не сумел подобрать ничего более достойного, как журналистская кухня. Предварительно запасшись шваброй, привел пассию и заблокировал дверь из коридора в предбанник принесенным половым инструментом. На случай, чтобы страстные звуки не долетали до коридора и не собирали толпы юмористов-советчиков, плотно прикрыл и дверь из предбанника непосредственно в зону готовки пищи.

Как события развивались поминутно, история умалчивает. Как и о  том, сколько времени парочка провела в укромном закутке (влюбленные часов не наблюдают). Зато доподлинно известно другое: среди ночи из кухни прозвучал женский вопль, сравнимый с пожарной сиреной, который услышали в ближайших комнатах некоторые из спящих студентов. «Знатоки-ходоки» после утверждали: просто чудо, что у дамы не случился спазм влагалища, и парочка не склещилась. Ну, да ладно, суть рассказа не в этой детали.

Почему кричала студентка, чего она испугалась?

А вы бы не испугались, если бы…

После того, как парень и девушка в ходе передышки хлебнули вина, у них с новой силой проснулась страсть. Как и желание в очередной раз сменить позу. Остановились на следующем варианте (свидетельство Тарнавского): дама, задрав юбку по самое не могу, садится на край стола и откидывается на него спиной. Партнер же, стоя, в нее входит.

А теперь – кульминация, увы, не для сексуально озабоченной парочки. Только, извините за натурализм, Валентин ввел член во влагалище и сделал пару поступательных движений, как в кухне вдруг вспыхнул свет, скрипнула дверь, и прозвучало более чем удивленное «Ох!»

Это Анатолий Терещенко, закончив печатать фото, вышел слить в мойку ненужный использованный раствор. А о том, что он засел в своем закутке, кавалер даже не догадывался. Кстати, в дальнейшем, повторяя коронные номера на «бис», Тарнавский, перед тем, как уединиться с очередной кандидатшей в невесты на кухне, обязательно стучал в двери предбанника.

Злые языки утверждали: даже в те, в которых хранились швабры, совки и тряпки.

Автор: Сухомозский Николай Михайлович | слов 512 | метки: , , , ,


Добавить комментарий