Три «И» (стихи про любовь).

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Содержание

  1. Иллюзии
  2. Истинное
  3. Итоги

1. ИЛЛЮЗИИ

Н.К.

Пять утра. Ни души. Тишина.
Только мы на безлюдной улице.
Мы – внизу, наверху – луна,
Да вон сторож ночной сутулится.

Первый снег мостовую покрыл,
Словно скатерть – праздничный стол.
Я пальцем в снегу у перил
Четырнадцать линий провел.

Вышло имя твое из них,
а потом… я фамилию написал
нашу, общую на двоих.
В это верил, об этом мечтал.

        ***

Я не видел Нелли
полторы недели
Прожил еле-еле
Эти дни без Нелли.

        ***

Надо ведь, приключилось такое –
Сердце вступило в разлад с головою,
Остальные же части преступного тела
Вслед за сердцем бунтуют смело:
Ноги сами к милой бегут,
Губы к губам ее лезут сами,
а руки так плохо себя ведут,
что хоть жалуйся на них маме.
И, поверив в победу, резво
В груди моей сердце бьется.
Голове не поможет трезвость,
Ей сдаться теперь придется.

        ***

Я помню: днем в вашей большой квартире
вдвоем мы в комнате незапертой твоей,
и нам казалось, что в этом мире
нет ничего, нашей любви важней.

Я помню, как весна заполнила обоих,
Как ветерок сквозь форточку проник,
И зайчик солнечный резвился на обоях
И скрылся вдруг, оставив нас одних.

Сдержать свою любовь нам было очень трудно.
Попробуй-ка с весною совладать.
Уж очень этот день был не похож на будни.
И ты ни разу «нет» мне не могла сказать.

Наших объятий помню тесное кольцо.
Я сильный был тогда и, может быть, чуть грубый.
Ты подняла вдруг бледное лицо:
«Ты – мой, будь мой» и приоткрыла губы.

Я помню поцелуй, как десятилетье долгий,
И твой счастливый приглушенный стон,
И как потом нас пологом из шелка
Окутал сладостный и томный полусон.

Так тайные мечты вдруг обратились былью,
так очень близкими мы стали в этот раз.
Теперь забыла ты и хочешь, чтоб забыл я
Лучистый взгляд счастливых карих глаз.

        ***

Б.С.

Это было или только снится?…
В тот последний предотъездный вечер
опустились чуточку ресницы,
подались вперед немного плечи,
будто ты услышать вдруг сумела
то, что молча я сказал тебе,
будто, вдруг, противясь и несмело,
прикоснулась ты к моей судьбе.
Я молчал. На вид все было просто.
До прощания минуты сочтены.
Я любил тебя, как любят воздух,
Вынырнув из синей глубины.
Ты мне руку – кислород – дала,
Опустились чуточку ресницы.
Ты молчала, значит, не лгала…
Это было или только снится?

        ***

Е.А.

Бывают прощанья, когда впереди
Четко видишь грядущую встречу.
А бывают – расходятся наши пути
И маршрут их детально размечен.

Их размечен маршрут. И конечная цель
У тебя на мою не похожа.
И не стоит теперь разводить канитель –
Это вряд ли нам чем-то поможет.

Да, не стоит теперь разводить канитель,
гладить жаркими пальцами милые руки,
Говорить, что влюблен, что на сердце апрель
все равно очень мало часов до разлуки.

Очень мало часов нам осталось с тобой,
И не надо меня целовать при народе.
Пусть будет прощальным поцелуй над водой,
помнишь, вчера на колесном смешном пароходе.

Это было вчера. А сегодня опять километры
Нам с тобой отмерять предстоит.
Но по разным дорогам. И разные ветры
Нам задуют в лицо. Дорогая, прости.

Не сердись, дорогая. Вечно трезвой судьбой
мне даны двадцать дней и ночей
для Днепра, для луны, для свиданий с тобой.
Они кончились. Все. Жми мне руку сильней.

             ***

Л.Н.

Скептически приподымая бровь,
он говорил красивым баритоном:
– Наивный друг, какая тут любовь!
У истинной любви суровые законы.
Любовь в слиянье душ, отнюдь не тел,
ведь просто так и у зверей бывает…
Быть может, он меня обидеть не хотел,
но я обиделся и я его ударил.
Ударил сильно. Этот мой удар
разрушил дружбу, что нас с ним роднила.
Пожал плечами он: «Неблагодатный дар
при глупой голове иметь такую силу».
И он ушел. А я его забыл.
Как все забыл, что было до той ночи,
забыл, что был любим, забыл, что сам любил,
все прошлое порвал, как рвут бумагу – в клочья.
И будущего нет – ни другом, ни женой
ты не захочешь стать, да и не сможешь.
Но мне плевать! Сегодня надо мной
одна лишь власть – твоей чудесной кожи,
твоих волос и рук, твоих зубов и ног,
ночей с тобой вдвоем, как в тропиках, горячих,
И счастья от того, что я хотел и мог.
И пусть все будет так, да так, а не иначе.

             ***

Любит тебя мое тело.
Каждая клетка его.
Любит тебя мое тело,
Будто ты часть его.

Любит, и нет с ним сладу,
Крепко – как вбили гвоздь.
Любит, когда ты рядом,
любит, когда мы врозь.

Любит и, хоть ты тресни,
Его не унять никак!
Бездумно – к тычинке пестик
тянется так.

        ***

Мы много друг другу дали.
Обоим казалось – даром.
Но не дарили – менялись
каждый своим товаром.

В постели – вот это славно:
ты – мне, я – тебе, прекрасно!
И думали: самое главное –
побольше совокупляться.

А жизнь катит под гору.
Мне – за тридцать, тебе – за тридцать.
И стало трудно без споров
Сторговаться, договориться.

Как при каждом обмене, оба
стали чужим богаче.
Почему же все чаще злоба
душу переиначивает?

Потому, что при обмене каждый
ищет то, чего не хватает,
но вдруг становится важным
то, что теряешь.

Ведь при любом обмене,
забирая, сам отдаешь,
своим становясь беднее.
цепляешься за грош.

Мы много друг другу дали.
Вот счастье, если бы даром.
Но мы торговали –
каждый своим товаром!

Далее…

Автор: Киселев Юрий Яковлевич | слов 786


Добавить комментарий