Ю.А. Маслеников, С.М. Таиров

Сергей Михайлович Таиров

В этом году было объявлено, что в России началось десятилетие науки и технологии. В своем обращении по этому поводу президент указал на особую роль электроники и особенно микроэлектроники.

В связи с этим, по нашему мнению, следует отметить важнейшую роль ленинградской науки и предприятий города в становлении и развитии этой отрасли в стране. Это «Светлана» – разработчик и производитель полупроводниковых приборов, «Позитрон» – головной разработчик и производитель конденсаторов и резисторов, НИИ «Феррит-Домен» – ведущее предприятие в области магнитной памяти, Институт Полупроводников АН СССР, мощный тандем – Физико-Технический институт и Политехнический институт, где работали выдающиеся учёные с мировым именем А.Ф. Иоффе и Ж.И. Алфёров, ЛЭТИ, где в 1951 году была открыта первая в стране кафедра полупроводников и диэлектриков, ПОЛИТЕХ. Работы по теории и технологии полупроводников активно проводились в Ленинградском государственном университете, Ленинградском технологическом институте и в ЛИТМО.

В довоенные годы в других городах (за малым исключением – Москвы) ничего, даже похожего, не было, кроме относительно небольших предприятий, которые выпускали электронные компоненты, разработанные в ленинградских институтах. В первые послевоенные годы многое начало меняться, но прежде всего за счёт эвакуированных институтов и производств. Следует отметить, что отставание от передовых стран по наиболее продвинутым направлениям тогда было не более 1-2 лет. И что особенно удивительно, некоторые изделия, разработанные самостоятельно, практически не уступали зарубежным, но их не копировали. Хотя и были выдающиеся примеры создания полного аналога зарубежной военной и гражданской техники, такие как:

• стратегический бомбардировщик ТУ-4 (обратная разработка американского В-29) [1];
• баллистическая ракета Р-1 (обратная разработка немецкой ракеты Фау-2) [2];
• легковой автомобиль «Москвич-400» (обратная разработка немецкого «Опель-Кадет К38» [3];
• стиральная машина «Рига-55» (обратная разработка шведской модели фирмы «Хускварна») [4].

Примерно также развивался один из сюжетов в электронной промышленности. Как известно, первый транзистор появился в 1948 голу в США. Однако тогда этот прибор обладал очень низкими параметрами и значительно уступал малогабаритным электронным лампам. Потребовалось несколько лет, чтобы решить задачи получения сверхчистых германия и кремния, затем выращивания малодефектных кристаллов. Затем долго боролись с низким выходом годных кристаллов, большими утечками и проблемами контактов. Высока была и стоимость (в 1950 году 6-10$, что означает 80-130$ за транзистор в сегодняшних ценах). Только в 1953 началось использование транзисторов в аппаратуре. Наши специалисты следили за работами в США, закупали образцы и оборудование. И в соответствии с решением правительства на заводе «Светлана» (директор Н.М. Киселёв, начальник цеха А.Н. Курилов) было развёрнуто строительство цеха. Первый в стране цех серийного производства отечественных транзисторов П1 (разработка НИИ-35, Москва) в 1955 году начали их выпуск на заводе «Светлана» в Ленинграде. При заводе было создано ОКБ по разработке полупроводниковых приборов. В первый год производства транзисторов П1 было выпущено уже 96 тысяч штук [5]. С этого началась полупроводниковая промышленность в СССР.

Активная самостоятельность в разработках с твёрдой ориентацией на мировой уровень сохранялась вплоть до конца семидесятых годов прошлого века. Фундамент ленинградской науки и высшей школы позволял выходить на мировой уровень в самых разноплановых изделиях. Об успехах этого направления работ одного из ленинградских предприятий электронной промышленности также рассказывается здесь. В определённом смысле это было импортозамещение по-советски [6]. Условные юбилеи этих разработок случились в этом году.

В 1962 году в ходе визита Н.С. Хрущева в Ленинград его удалось убедить в необходимости срочного развития электронной промышленности в стране. Одним из главных «убеждающих» был руководитель предприятия а.я. 155 (в «Доме Советов» на Московской площади) Филипп Георгиевич Старос [7]. После этого были выделены огромные средства, построен «Научный центр», включающий шесть НИИ и пять заводов в Зеленограде под Москвой, а также несколько крупных электронных производств [8].

В Ленинграде больше новых заводов не строили, однако одним из частных результатов визита стало строительство нового здания для а.я.155 на выезде из города на Московском шоссе, 46.

Если ИИ задать вопрос, кто и когда сделал первый в мире калькулятор на больших интегральных схемах (БИС), получим ответ: «Первый в мире калькулятор, использовавший интегральные микросхемы (БИС), был японский Sharp QT-8D, выпущенный в 1969 году. В нём использовались всего четыре БИС, отвечающие за основную логику вычислений». А в конце 1970 года на столе у министра электронной промышленности Александра Ивановича Шокина лежала внешне похожая копия этого калькулятора, но с БИС собственной разработки. Этот калькулятор и БИСы к нему были сделаны в Ленинградском конструкторском бюро (ЛКБ, ранее – а.я.155, т.е. «абонентский ящик такой-то», так в СССР легендировали секретные учреждения) под руководством вышеупомянутого Филиппа Георгиевича Староса. В начале 1971 года Шокин продемонстрировал этот калькулятор первому секретарю ЦК КПСС Леониду Ильичу Брежневу, и это изделие стало «калькулятором к XXIV съезду КПСС» (1971), получив название «Электроника 24-71».

Это был первый звёздный час советской микроэлектроники [9].

С запаздыванием всего на один год в стране появилось изделие мирового уровня и полностью собственной разработки. И достигнуто это было с помощью своей специально созданной системы автоматизированного проектирования БИС (САПР БИС) на оборудовании, в основном, собственной разработки. И это было сделано в Ленинграде. Вот оценка Староса результатов работы на одном из совещаний. Он сказал: «Знаете, все эти микрокалькуляторы – ничто. Сегодня мы открываем новую эру для человечества – эру персональных компьютеров. Через пять-десять лет такие люди, как вы и я, смогут позволить себе иметь собственный компьютер дома, и он будет таким же мощным, как сегодня БЭСМ-6». Был 1971 год, и пророчество оказалось поразительным [10]. Технологический фундамент этой разработки был создан усилиями И.В. Берга, Л.Г. Фроловой, Л.М. Норкина, А.М. Скворцова, В.В. Цветкова, Н.В. Щетининой, М.Н. Кайдановской, Э.А. Одинцовой. Схемотехнические расчёты и топологию создали В.С. Гальперин, Г.И. Берлинков, Ю.В. Беленький, Т.Н. Ковалевская, А.С. Сыченников, Н.И. Архипова. За фотошаблоны отвечал Б.Н. Котлецов, а за системы контроля микросхем и управления фотонаборной установкой В.М. Вальков, Д.И. Ажоткин, В.И. Хлебников, М.С. Кушуль, Е.Е. Фридман, Э.М. Раскина. Система автоматизации проектирования разрабатывалась под руководством С.И. Баранова, Ю.И. Шендеровича, Э.В. Попова, В.А. Селютина. Алгоритмы арифметики калькулятора разработал Б.С. Рувинский. Первым помощником Староса в этой работе был Генрих Романович Фирдман – заместитель главного конструктора по системотехнике, что стало сильным фактором её успеха.

Электронная промышленность Ленинграда была очень заметна на фоне этой отрасли в стране, но всё же главной промышленностью города всегда было кораблестроение. А количество всевозможного радиотехнического, связного и вычислительного оборудования на кораблях возрастало очень быстро, а электроника позволяла значительно уменьшить габариты и увеличить быстродействие аппаратуры. В ряде случаев предприятия электронной промышленности разрабатывали для кораблей целые сложные системы, а не только микросхемы. Так в ЛКБ была разработана и выпускалась Боевая информационно-управляющая система (БИУС «Узел») для дизельных подводных лодок (ПЛ). Система, имея большое количество всевозможных датчиков, обрабатывала информацию, как о собственном положении, глубине, скорости хода, наличии типов торпед, так и об окружающей обстановке, возможных угрозах, а также давала рекомендации по возможным вариантам поражения противника или защиты от него. Такие системы были важны особенно для ПЛ, где габариты играют очень важную роль. И здесь надо отметить приоритет ленинградских инженеров, работавших в электронной промышленности и взявшихся решить задачу создания БИУС для дизельных ПЛ. Задачу, за которую не брался Минсудпром, делавший БИУСы для атомных ПЛ. Эти инженеры работали в ЛКБ, возглавляемом Ф.Г. Старосом, главным конструктором этой разработки.

В 1964 году военные заказчики впервые по новой только что утверждённой программе испытаний приняли разработку управляющей ЭВМ УМ-2. В ней были доведены до совершенства архитектурные, схемотехнические и конструктивные решения на основе созданной Ф.Г. Старосом методологии микроэлектроники – методологии комплексной миниатюризации элементной базы, узлов и блоков управляющей ЭВМ. УМ-2 опробовалась в КБ Королёва и Туполева и для применения в ВМФ. Но Ленинград – морской город, город кораблестроителей, и первое применение УМ-2 нашла для дизельных подводных лодок (ПЛ). В 1970 году БИУС «Узел» для ПЛ проекта 641 на военно-морской базе в Лиепае (тогда Латвийская ССР) был принят Государственной комиссией, и первая в стране дизельная ПЛ с БИУС встала в строй [11].

Об этой работе в 2009 году лучше всего сказал Генеральный конструктор неатомных ПЛ, доктор технических наук, профессор Ю.Н. Кормилицин из ЦКБ МТ «Рубин», по проектам которого построено более 180 ПЛ:

Создание боевой информационно-управляющей системы «Узел» является гигантским прорывом в двух принципиальных направлениях:
– техническом, поскольку габариты, объем, вес и энергопотребление были значительно уменьшены, а эффективное быстродействие и количество решаемых задач увеличены во много раз относительно тех систем, которые разрабатывались в то время в Министерстве Судостроительной промышленности;
– политическом, так как впервые подводникам разрешили выйти за отраслевые барьеры и работать с фирмами другого министерства, т.е. заглянуть и перепрыгнуть через высокий ведомственный «забор», укрепленный секретностью.
– В дальнейшем этот прецедент, который можно приравнять к подвигу, позволил создать и внедрить на неатомной подводной лодке IV поколения «Лада» десятки новинок, значительно опередивших время.
Создавался БИУС «Узел», как любая принципиально новая система, с большими трудностями, в итоге успешно преодоленными.
На подводных лодках II поколения проекта 641 Б («Танго» класс) и III поколения проекта 877, 636 («Кило» класс) система «Узел» прошла апробацию и модернизацию, позволившие достичь исключительно высоких результатов.
Общее количество неатомных лодок, построенных с использованием этой системы, превысило 75 единиц. Заслуги создателей БИУС «Узел», как это часто бывает, до сих пор не оценены по достоинству.
Мои доклады на коллегиях МСП, о том, что БИУС «Узел» состоит всего из 2-3 стоек, а количество решаемых задач соответствует гигантским по размерам и энергопотреблению системам типа «Омнибус», вызывало в те годы бурное сопротивление в Министерстве и директорском корпусе судостроительной промышленности. Дело в том, что внедрение БИУС «Узел» приводило к очевидному уменьшению водоизмещения кораблей и как следствие к резкому сокращению потребления финансовых и трудовых ресурсов.
В Минсудпроме бытовало мнение, что если на подводной лодке электронное оборудование занимает менее 30% объемного водоизмещения, то корабль неспособен решать все необходимые задачи. Эта «самовозгонка» БИУСов, акустических и навигационных комплексов привела к созданию подводных мастодонтов III и IV поколений, уступающих по сумме качеств кораблям вероятного противника и к неоправданным затратам.

Преодолевать консерватизм невероятно трудно, но несмотря ни на что у российских специалистов имеются разработки, отвечающие не только сегодняшнему дню, но и будущему [12].

И здесь надо вспомнить тех, кто решил эту задачу. Общее инженерное руководство осуществлялось Ф.Г. Старосом и И.В. Бергом. Взаимодействие с ВМФ, формирование ТЗ на систему, а также внутренних частных ТЗ на составляющие части системы и общая координация работ были возложены на М.П. Гальперина. ЦВК под руководством А.И. Бородина разрабатывали Е.И. Жуков (с 1966 года возглавивший эту работу), И.Ф. Грачёв, В.А. Коротков, Ю.К. Судьин, Л.Г. Мичурина, О.Д. Попова, Б.И. Симонов. За систему памяти отвечали специалисты отдела С.И. Крейнина – В.Я. Кузнецов (с 1966 года – начальник отдела), Е.С. Кузьмин, Э.В. Якушев, Т.М. Тучкова, О.С. Вартанов, В.И. Ткачёв, С.И. Дискин. С начала и до конца разработки системы ввода-вывода, термостатирования и питания велись в отделе под руководством и при личном участии начальника отдела В.Е. Панкина. Электронная часть ввода-вывода создавалась, настраивалась и сопровождалась И.И. Мешечкиным, В.В. Виноградовым, Г.Ф. Прокофьевой, а электромеханическая – О.А. Знаменским, В.В. Городецким, В.В. Рыжковым, Г.В. Росляковой, А.Б. Макеевым, Ю.Г. Чудиновских. Тракты отображения разрабатывали Э.А. Никитин, К.Б. Бодашков, Е.Б. Бардин, И.П. Кривцов, В.А. Подвальный, Е.М. Блох. Вопросы подсистем питания решались А.В. Росляковым, Н.М. Пигалевым, подсистем термостатирования – В.Н. Чертковым, В.И. Карпенко. Тяготы конструирования в условиях долгой неопределённости в объёмах и составе аппаратуры, новизны военно-морских требований выносили П.А. Петров, А.С. Соболев, Р.Н. Лаврентьев, С.В. Золотайко, А.В. Малявкин, А.П. и В.А. Синицыны. Архитектура и лицо системы формировалось под руководством М.П. Гальперина (номинально – тогда начальника отдела разработки системного и целевого ПО) М.А. Алексеевским и В.О. Игнатьевым.

Системное ПО под руководством М.А. Алексеевского разрабатывалось Ф.С. Голубевой, Б.И. Барановым, Г.А. Несвижским. Целевые алгоритмы, разрабатываемые и энергично меняемые в процессе реализации (особенно в части торпедной стрельбы), воплощали в жизнь А.С. Константинова, Н.Ф. Фадеева, М.И. Лапачугина, С.И. Моцкин, О.Н. Меламед, Ю.Д. Машкин (определение элементов движения цели), В.О. Игнатьев, Д.В. Демидович, В.А. Харламов, В.А. Образцова (боевое и тактическое маневрирование), Л.Н. Серебрякова (гидрология), А.Г. Федотова, Э.А. Лабецкий, В.И. Цибковский, Н.А. Таранкова, М.И. Рябова (торпедная стрельба), Г.Ф. Горожанко, Ю.А. Маслеников, В.В. Гунякина, А.Л. Трошков (навигация). Кросс-средства обеспечения разработки целевого и системного ПО создавались в лаборатории (впоследствии – в отделе) Г.Р. Фирдмана Ю.И. Шендеровичем, Э.В. Поповым, А.В. Шебаршиным, Е.И. Боруховичем, А.И. Рыжиковой. Решение организационных вопросов разработки ПО системы в этот период было возложено на О.Д. Глухова.

В период эскизно-технического проекта создаётся комплексная лаборатория под руководством Б.Г. Голованова. Им вместе с М.П. Гальпериным был сформирован коллектив, ставший впоследствии отделом и принявший на себя значительную часть вопросов взаимодействия с заказчиком, ЦКБ-проектантом, предприятиями – разработчиками и изготовителями смежных систем, военно-морскими службами и серийными заводами. В основе этого коллектива были Г.Н. Гутман, Е.В. Биндиченко, А.С. Щербина, Ю.М. Розанов, М.И. Ардовский, В.Б. Собакин, И.З. Миловидова, В.Г. Любимов.

Неоценимо положительную роль в успехе разработки сыграли контр-адмиралы в отставке О.С. Жуковский и В.Н. Ерошенко. О.С. Жуковский пришёл на предприятие в 1967 году и обеспечил деловой контакт с руководством ВМФ. В.Н. Ерошенко пришёл в 1968 году и организовал оперативное взаимодействие с руководством военно-морской базы в Лиепае по всем текущим задачам подготовки и проведения испытаний БИУС «Узел».

Добавить к этому можно только то, что это была первая в стране микроэлектронная система в вооружённых силах Советского Союза. В экспортном варианте она была установлена на наших ПЛ, ходивших под флагами Индии, Китая, Алжира, Польши и других стран. И это сделано тоже в Ленинграде.

И, наконец, мы подходим ко второму звёздному часу советской микроэлектроники – созданию первой в стране микро-ЭВМ «Электроника С5-01». В 1973 году Староса на посту руководителя предприятия сменяет Виктор Пантелеймонович Цветов. Предприятие получает новое название – Ленинградское Конструкторско-Технологическое Бюро (ЛКТБ). Одновременно технологические возможности предприятия начинают позволять проектировать такие сложные БИС, которые способны реализовать структуру 16-разрядной управляющей ЭВМ. В 1974 году работа над этой ЭВМ начинается совместно с Киевским институтом кибернетики. В декабре 1975 года происходит успешная приёмка этой микро-ЭВМ Государственной комиссией под руководством академика В.М. Глушкова, положив начало серии микро-ЭВМ «Электроника С5». С этого момента начинается эпоха микро-ЭВМ в Советском Союзе [13].

В решении министра электронной промышленности Шокина, утвердившего Акт Государственной комиссии, сказано, что:
– разработанная микро-ЭВМ является первой отечественной микро-ЭВМ широкого назначения на МДП больших интегральных схемах и выполнена на уровне известных современных образцов,
– отмечается высокий уровень разработки математического обеспечения микро-ЭВМ [14].

Микро-ЭВМ «Электроника С5-01», в серии – «Электроника С5-02» находилась по большинству параметров на мировом микропроцессорном уровне¹. И это тоже было сделано в Ленинграде. В дополнение к тем сотрудникам, которые формировали технологический фундамент разработки БИС, в этой работе также весомый вклад внесли С.М. Таиров [15, 16, 17, 18], В.С. Хорин, Я.В. Дьяченко, В.А. Фогель, В.М. Бурштейн, В.М. Гусаков, Н.М. Яковлева. Структура микро-ЭВМ и система команд были разработаны сотрудниками Киевского института кибернетики А.В. Палагиным, А.Ф. Кургаевым, В.А. Ивановым совместно со специалистами ЛКТБ И.С. Евзовичем и А.Ф. Дряпаком. И если в июне 1971 года США гордились созданием 4-разрядной микро-ЭВМ, то СССР в декабре 1975 года смог уже гордиться наличием 16-разрядной микро-ЭВМ. Она была создана на основе комплекта p-канальных БИС серии К536. Уровень интеграции 2000-8000 элементов на кристалле в зависимости от степени регулярности схемы, площадь кристалла 20 мм2, схемотехника – динамическая, четырёхтактная, тактовая частота 100 кгц.

Эта микро-ЭВМ положила начало применению широко распространённого, начиная со во второй половины 70-х годов, семейства микро-ЭВМ «Электроника С5», куда вошли и одноплатные, и однокристальные варианты исполнения, в том числе, и для Министерства обороны СССР [19, 20, 21].

Таковы некоторые «юбилейные» результаты работ ленинградских предприятий в области передовой микроэлектроники от транзистора до системы управления.

¹ В июне 1971 года фирма Intel анонсировала микропроцессорное семейство 4004. Набор микросхем разработал Федерико Фэггин, ставший впоследствии президентом фирмы Zilog. В этот набор вошли следующие приборы: ПЗУ на 256 байт, ЗУПВ на 32 бита с 4-разрядным выходным портом, 10-разрядный сдвиговый регистр и расширитель выходного порта, 4-разрядный микропроцессор. Приборы изготавливались по р-канальной МОП-технологии с кремниевыми затворами. Кристалл сдвигового регистра имел площадь около 2,9 мм², а кристаллы каждого из трёх приборов – приблизительно по 10,6 мм². Центральный процессор мог управлять работой до 16 ПЗУ и ЗУПВ, то есть был рассчитан на максимальный объём постоянной памяти 4096 байт и оперативной памяти 4120 бит. – «ЭЛЕКТРОНИКА»: настоящее, прошлое, будущее. Специальный выпуск журнала ELECTRONICS, посвящённый его 50-летию, пер. с англ. М., МИР. 1980, 296 с, стр. 163

Литература

1. РУВИКИ. Интернет-энциклопедия. ТУ-4. https://ru.ruwiki.ru/wiki/%D0%A2%D1%83-4.
2. Черток Б. Е. Ракеты и люди. — 2-е изд. — М. Машиностроение. 1999. — С. 329. — 416 с. — 1300 экз. — ISBN 5-217-02934-X.
3. РЕТРОсклад. История Москвич 400/420. https://retro-sklad.ru/retrocars/moskvich-400/istoriya-moskvich-400-420).
4. https://novate.ru/blogs/281223/68377/.
5. Малашевич Б. М. 60 лет транзистору. Виртуальный компьютерный музей. https://www.computer-museum.ru/technlgy/tranzistor_60.htm#.
6. https://d-russia.ru/importozameshhenie-jekskurs-v-predystoriju.html.
7. Маслеников Ю. А., Шалыто А. А. Старос Филипп Георгиевич. Музей. Университет ИТМО. https://museum.itmo.ru/person/93/
8. Малашевич Б.М. 50 лет отечественной микроэлектронике. Краткие основы и история развития //Очерки истории российской электроники, вып. 5. Техносфера, М. 2013, 800 с.
9. Маслеников Ю.А. Первый звёздный час советской микроэлектроники. https://memoclub.ru/2020/07/pervyiy-zvyozdnyiy-chas-sovetskoy-mikroelektroniki/.
10. H.E.Firdman – Maverick for life without parole. – ISBN: 1-4140-5021-6 (e-book), ISBN: 1-4140-5020-8 (Paperback); Library of Congress Control Number: 2003099380. – 2004, 513 р.
11. Маслеников Ю. А. Белая ворона (МВУ-110 – нестандартная история. я). – Изд. «Судостроение», «Морская радиоэлектроника», вып. 3(25), сентябрь 2008, стр. 38-46. – журнальный вариант. https://memoclub.ru/2019/10/posledniy-vyistrel/ – полный вариант.
12. М. П. Гальперин. Прыжок кита. СПб. Политехника – сервис. 2010. 352 с.
13. Гальперин М. П., Жуков Е. И., Кузнецов В. Я., Малиновский Б. Н., Маслеников Ю. А., Палагин А. В., Панкин В. Е. Семейство отечественных микро-ЭВМ широкого назначения. Управляющие системы и машины. 1976, №6, с. 27-29.
14. «Электроника С5. https://ru.wikipedia.org/wiki
15. С. М. Таиров, Ормонт Б. Ф. Исследование псевдо-бинарной системы StTe-CdTe методом рентгенографического фазового анализа. Известия АН СССР. Серия «Неорганические материалы». Том 5, выпуск 12. 1969.
16. С. М. Таиров, Ормонт Б. Ф. Основные электрофизические свойства твердых раствора системы StTe-PbTe. Известия ЛЭТИ. Вып. 80. 1969.
17. С. М. Таиров, Ормонт Б. Ф. Oбласти гомогенности и отклонение от стехиометрического состава твердых полупроводниковых растворов в системе StTe-PbTe. Известия АН СССР. Серия «Неорганические материалы». Том 6, выпуск 9. 1970.
18. Афанасьев В. П., Панова Я.И., Таиров С.М. Расчет и конструирование микроэлементов и микросхем. Ленинград. Редакционно-издательский отдел ЛЭТИ.1982, с ,?,
19. Кузнецов В. Я., Маслеников Ю. А., Никитин Э. А., Цветов В. П. Развитие микро-ЭВМ семейства «Электроника С5» и систем на их основе. Электронная промышленность. 1979. Выпуск 11-12, с. 9-12.
20. Маслеников Ю. А. Развитие программного обеспечения микро-ЭВМ «Электроника С5». Электронная промышленность, 1979. Выпуск 11-12, с. 108-114.
21. Гальперин М. П., Жуков Е. И., Кузнецов В. Я., Маслеников Ю. А., Панкин В. Е., Цветов В. П., Боровской А. И. Микро-ЭВМ «Электроника С5» и их применение. Москва: «Советское радио». Массовая библиотека инженера «Электроника». 1980, 160 с.

Статья опубликована в журнале «Известия вузов России. Радиоэлектроника», том 28, № 5, 2025, с. 113-117.

УДК 62-523.8

ТАИРОВ Сергей Михайлович закончил ЛЭТИ в 1962 году. Кандидат технических наук (1970 г.) по направлению «Исследование свойств полупроводниковых структур». Руководитель технологических подразделений ЛКБ-ЛКТБ (1972-1979) и НИИ «Гириконд» (1979-1996), генеральный директор ЗАО «Арко».

Опубликовал свыше 20 научных работ. Сфера профессиональных интересов – исследование полупроводниковых структур, разработка физических и технологических процессов в полупроводниках с целью повышения уровня интеграции элементов и обеспечения высокого процента выхода годных БИС.

В начало