Сватовство и женитьба

Брак  Пушкина с Натальей Гончаровой возник в сложном переплетении интересов: личной страсти Пушкина, желания Натальи выйти за него, расчёта разорённой семьи Гончаровых и необходимости для самого Пушкина получить через женитьбу новую, “нормальную” социальную биографию.  Слово «сделка» здесь вполне уместно.

Что представлял собой Пушкин, как жених в 1829 году? В момент первого сватовства Пушкину 30 лет, Наталье 16. Он знаменит, но не богат, не служит, имеет репутацию политически неблагонадёжного человека, известен карточной игрой и долгами. В письме Бенкендорфу от 16 апреля 1830 года, уже после получения согласия, сам Пушкин прямо называет главное препятствие.  Мать невесты боялась отдать дочь человеку, который может оказаться «на дурном счету у государя».

Знакомство обычно датируют зимой 1828 года, традиционно связывая его с московским балом танцмейстера Йогеля. Весной 1829 года Пушкин делает предложение не лично, а через посредника  Фёдора Толстого-Американца. Сам факт посредничества нормален для эпохи, но персона посредника примечательна: Толстой был человеком светских связей, способным вести трудный неформальный разговор. Однако первое предложение не было принято, Пушкину дали отрицательный ответ со ссылкой на молодость Натальи.  После этого ответа весной 1829 года Пушкин отправился на Кавказ, в действующую армию Паскевича. Пушкин к этому моменту уже явно ищет выход из прежнего существования: карт, случайных или замужних женщин, долгов, отсутствия устойчивой службы. Женитьба могла быть для него  проектом спасения.

После возвращения с Кавказа, в сентябре 1829 года, он снова появляется у Гончаровых и встречает холодный приём. Это показывает, что кандидатура Пушкина оставалась проблемной. Весной 1830 года Пушкин получает сигнал, что теперь надежда есть, возвращается в Москву и повторяет предложение. Автором сигнала и посредником в этой успешной попытке была Анна Петровна Малиновская (1770-1847). Любимая двоюродная племянница и воспитанница княгини Екатерины Дашковой, дочери генерал-лейтенанта Петра Алексеевича Исленьева. Её сын Малиновский учился вместе с Пушкиным в лицее. 6 апреля 1830 года Пушкин получает согласие.

Что изменилось за год? Красота Натальи не изменилась. Репутация Пушкина чудесным образом не очистилась, богатым он не стал, карточным игроком быть не перестал. Государственной карьеры не получил. Есть свидетельства, что Наталья была увлечена Пушкиным и сопротивление матери было преодолено в значительной степени благодаря ей, при том, что семья Гончаровых находилась в тяжёлом имущественном положении. Семья имела статус, родственные связи, поместья и промышленные предприятия, однако свободных денежных средств не хватало даже для приданого. Но Наталья Ивановна (мать) не хотела выдавать дочь без приданого, это означало бы публичное признание семейной несостоятельности. Для дворянской семьи такого уровня вопрос был не только денежным, сколько статусным. Пушкин оказывается в абсурдном положении, чтобы получить жену, он должен фактически дать деньги её матери, чтобы мать смогла выдать эти деньги собственной дочери,  как приданое. В письме Наталье Николаевне от 30 июля 1830 года Пушкин беспокоится, что вопрос приданого задержит свадьбу, и предлагает, чтобы Наталья Ивановна поручила ему самому заботу о приданом.

Отец под женитьбу выделяет Пушкину часть имущества, деревню Кистенёво. Пушкин едет в Болдино устраивать имущественные дела, затем он это имущество заложил. По документальной реконструкции, из полученных средств около 11 тысяч рублей ушло семье Гончаровых на приданое Натальи, часть капитала Пушкин оставлял себе на собственное устройство и первый год семейной жизни. Перед отъездом в Болдино происходит тяжёлая сцена с Натальей Ивановной. Пушкин пишет Вере Вяземской, что уезжает, рассорившись с госпожой Гончаровой, по его словам, та устроила ему нелепую сцену и наговорила вещей, которых он «по чести» не мог стерпеть. Он допускает, что женитьба может расстроиться. Наталья Николаевна позднее рассказывала Анненкову, что свадьба постоянно висела на волоске из-за ссор Пушкина с её матерью.

Что получал Пушкин в результате сделки? Он получал молодую красивую жену из известной дворянской семьи, возможность выйти из холостого, карточного, сексуально хаотичного существования, собственный дом, перспективу детей, новый статус перед обществом и государем. После 1826-1830 годов Пушкину это было жизненно необходимо. Он сам уже понимал, что прежний режим существования его разрушает.

Что получала Наталья Гончарова? Она получала знаменитого человека, мужа, которого, судя по имеющимся свидетельствам, она сама хотела, выход из тяжёлой материнской среды, собственное положение в обществе, возможность покинуть дом с психически и финансово неблагополучной семейной атмосферой.

Николай Афанасьевич Гончаров

Что получали Гончаровы? Чтобы это понять, надо разобраться с положением семьи перед замужеством Наталии. Николай Афанасьевич Гончаров, отец Натальи, был вовсе не ничтожеством и не полусумасшедшим, каким его иногда изображают задним числом. Он происходил из чрезвычайно богатой промышленной семьи. Гончаровы поднялись как крупные предприниматели и владельцы прядильного и бумагоделательного производств, получив дворянский статус. Николай Афанасьевич получил хорошее европейское образование, знал иностранные языки, занимался музыкой, писал стихи. В 1808 году он был коллежским асессором и секретарём московского губернатора.

Когда ему доверили управление семейными предприятиями, он, судя по документам, управлял ими небезуспешно; в 1811 году получил орден  Св. Владимира IV степени за приведение фабрик в надлежащее устройство. В 1814 году он упал с лошади, получил травму головы, после чего якобы  развивается душевная болезнь. Существенная часть этой версии идёт через более поздние семейные воспоминания, особенно через дочь Натальи Николаевны Александру Арапову. Ободовская и Дементьев, работавшие с архивом Гончаровых, обращали внимание на другую возможность: алкоголизм, нервный срыв, тяжёлый конфликт с отцом и сознание того, что отец разоряет семейное состояние. Его отец Афанасий Николаевич Гончаров, дед Натальи, отстранил сына от управления, когда вернулся из заграничного путешествия и в 1815 году окончательно вытеснил его из управления.  Таким образом, отец Натальи был сломленным человеком, у которого отняли и дело, и семейную роль.

Наталья Ивановна Гончарова

Наталья Ивановна, урождённая Загряжская, мать родилась в 1785 году и принадлежала к знатной дворянской среде; её родственные связи были значительно более аристократичными, чем у предпринимателей Гончаровых. В браке с Николаем Афанасьевичем у неё было семеро детей: Дмитрий, 1808; Екатерина, 1809; Иван, 1810; Александра, 1811; Наталья, 1812; Сергей, 1815; Софья  умерла в младенчестве.

Наталья Николаевна родилась в 1812 году в Кариане, куда семья переместилась из-за войны. Затем значительную часть раннего детства она провела у деда Афанасия Николаевича в Полотняном Заводе. Биографические реконструкции говорят о её особом положении и привязанности деда к ней.  Старшая сестра Екатерина Николаевна Гончарова родилась в 1809 году. Современники не считали её некрасивой; она была заметной женщиной южного типа — тёмные глаза, смуглая кожа. Но рядом с Натальей почти любая женщина проигрывала. Александра, средняя из трёх сестёр, родилась в 1811 году. Её традиционно считают наиболее интеллектуально развитой из сестёр. Хорошее домашнее образование   несомненно, сёстры знали языки, занимались музыкой, много читали, ездили верхом.

После свадьбы Натальи весной 1831 года Екатерину и Александру отправляют в Полотняный Завод. Там они проводят около трёх лет в довольно изолированном положении. Мать не стремится вывозить их в свет; но сёстры хотят в столицу, где уже живёт Наталья.

Имение Ярополец

После смерти деда в 1832 году выявилось колоссальное долговое бремя. В справочных материалах фигурирует сумма порядка 1,5 миллиона рублей долгов. Главой хозяйства стал старший брат Дмитрий; он одновременно должен был управлять активами, обслуживать долги  и содержать членов семьи. Сообщается, что проценты по закладным иногда сами становились огромной тяжестью. Семья выглядела очень богатой и одновременно была неспособной найти наличность на приданое дочерям. Реальное имущественное положение Гончаровых к моменту сватовства , это фабрики, московский дом, Полотняный Завод, имение Ярополец, обременённые огромным долгом.

Итог: то, что принято называть сватовством Пушкина к Наталье, в реальности было переговорным процессом Пушкина с целым разорённым кланом, где Наталья была одновременно любимой женщиной, семейным активом и единственной из трёх сестёр, чья красота позволяла семье получить исключительного жениха.

Какова бухгалтерия брака? Накануне свадьбы Пушкин написал Плетнёву свой финансовый отчёт. Он заложил полученные от отца 200 душ, выручил 38 000 рублей и распределил деньги: 11 000 — тёще; 10 000 — Нащокину; 17 000 — на собственное обзаведение и год жизни. В академическом комментарии к письмам жене прямо указано: Пушкин дал будущей тёще эти 11 000 рублей в долг, и деньги ему не вернули. Пушкин не просто женился на бесприданнице. Он профинансировал фикцию приданого своей  невесты при этом эти деньги, не были  подарком богатого отца.

Почему Пушкин согласился на  абсурдное и парадоксальное условие будущей тёщи? Потому что к этому времени его переговорная позиция была слабой: он хотел именно эту женщину и уже два года добивался её. Весной 1831 года, буквально после свадьбы Натальи, к средней сестре, Александре Николаевне, посватался А.Ю. Поливанов, калужский помещик, местный дворянин. Пушкин был вовлечён в посредничество, но Наталья Ивановна сорвала сватовство. Это подтверждается публикациями материалов семейного архива Гончаровых. Более того, исследование указывает, что недовольство матери участием Пушкина в этом сватовстве стало одной из причин отъезда молодой четы из Москвы.

Что получается? У Натальи Ивановны: дочери  Екатерина и Александра незамужние; семейные финансы тяжёлые; появляется реальный жених к Александре, но мать мешает браку. Опять парадокс! Почему тогда она дала согласие Пушкину в 1830 году? Здесь находится настоящий узел сделки.

В августе 1830 задокументирована ссора с тёщей; Пушкин допускает полный разрыв; в академическом комментарии сохранён его рассказ Вере Вяземской: Наталья Ивановна устроила ему сцену, сказала вещи, которых он «по чести не мог стерпеть», и он не знал, состоится ли свадьба вообще.  То есть после формального согласия переговоры продолжались ещё почти год. Это чрезвычайно похоже не на обычную помолвку, а на затяжную сделку с постоянным изменением условий.

Екатерина Ивановна Загряжская Акварель А.П. Брюллова

Есть в этой истории фигура, которую мы пока не оценили: Екатерина Ивановна Загряжская, сестра Натальи Ивановны Гончаровой. Она не просто «добрая тётушка». Она, фрейлина императрицы Елизаветы Алексеевны с 1808 года, она не была замужем и не имела собственных детей, но активно опекала племянниц; позднее материально помогала им; вводила их в придворную среду. В 1835 году она способствовала устройству Екатерины во фрейлины Александры Фёдоровны, а позднее добилась аналогичного положения для Александры.  Загряжская, как человек двора  могла оценить известность Пушкина и перспективу молодой красавицы при дворе и поддержать брак.

Сергей Николаевич Гончаров позднее вспоминал, что между Пушкиным и Натальей Ивановной происходили частые размолвки, поскольку Пушкин позволял себе высказывания о религиозных проявлениях; об императоре Александре I. А Наталья Ивановна была крайне религиозна и почти благоговейно относилась к Александру Павловичу. Наталья Ивановна боготворила Александра I и знала придворные слухи не понаслышке, так как сама была длительное время фрейлиной императрицы Елизаветы Алексеевны; имела сестру-фрейлину. Она слышала пушкинские насмешки или рассказы, и её её конфликт с Пушкиным мог быть намного глубже финансового. Это может означать, что Пушкин женился на девушке из семьи, где мать идеологически и эмоционально принадлежала к тому самому придворному миру Александра I, с которым у Пушкина могли быть старые, крайне опасные счёты.

Свадьба: дата и место

Венчание А.С. Пушкина и Н.Н. Гончаровой в церкви «Большого Вознесения» у Никитских ворот 18 февраля 1831 года. Автор Д.А. Белюкин

Венчание состоялось 18 февраля 1831 года по старому стилю, это 2 марта по новому стилю, в Москве, в церкви Большого Вознесения у Никитских ворот, в приходском храме невесты. Государственный музей А.С. Пушкина именно эту дату и место фиксирует однозначно. Накануне Пушкин уже устроил собственный дом, 23 января 1831 года он заключил договор найма части дома Хитрово на Арбате. Пушкин снял на полгода  за 2000 рублей ассигнациями помещения второго этажа, антресоли, конюшню, каретный сарай и кухню; была нанята прислуга. Уже 10 февраля он давал корреспонденту адрес: «на Арбат в дом Хитровой».  Накануне свадьбы, 17 февраля, в арбатском доме Пушкин устроил холостяцкий обед. Список гостей приводит  Государственный музей А. С. Пушкина. Были: брат Лев Сергеевич Пушкин; Пётр Вяземский; Николай Языков; Денис Давыдов; Иван Киреевский; Алексей Елагин,  композитор Алексей Верстовский.

Кто присутствовал на венчании? Тут нужно различать три категории: поручители по брачной записи — то, что позднее привычно называют свидетелями; посажёные отец и мать; прочие родственники и гости. По опубликованным реконструкциям брачной записи, поручителями со стороны жениха были: князь Пётр Андреевич Вяземский и Александр Сергеевич Передельский. Со стороны невесты: её отец Николай Афанасьевич Гончаров и Пётр Матвеевич Азанчевский. Посажёным отцом жениха был Вяземский, посажёной матерью называют представительницу аристократического круга Потёмкиных/Трубецких; со стороны невесты фигурируют Иван Александрович Нарышкин и Анна Петровна Малиновская. Современная монументальная картина Д.А. Белюкина изображает более тридцати участников и тщательно реконструирует фигуры по портретам и костюмам эпохи, но это художественная реконструкция 2024 года. После церкви молодожёны приехали в съёмный дом на Арбате, нынешний № 53. Свадебным ужином в квартире распоряжался брат поэта Лев Пушкин.

Через шесть дней после свадьбы, 24 февраля 1831 года, Пушкин пишет Плетнёву: «Я женат — и счастлив…». И дальше говорит, что желает лишь одного — чтобы ничего в его жизни не изменилось, потому что лучшего он не ждёт; новое состояние кажется ему почти перерождением. То есть Пушкин действительно воспринимал женитьбу как выход из прежней жизни и создание нового себя.

После свадьбы Пушкины остались в Москве и прожили в арбатском доме примерно до 15 мая 1831 года. Государственный музей прямо называет этот период первыми тремя месяцами супружеской жизни; в другой публикации они даже названы тремя «медовыми» месяцами.

Уже 27 февраля, всего через девять дней после свадьбы, Пушкины дают собственный бал. Александр Булгаков оставил живое свидетельство: молодые прекрасно принимали гостей, Наталья была прелестна, они казались «как два голубка», много танцевали, был хороший ужин; окружающих удивляло, что у Пушкина, прежде жившего по трактирам, вдруг возникло настоящее хозяйство.

Отношения Пушкина с тёщей так и не сложились и после московских месяцев супруги уехали на лето в Царское Село.  Есть и известная пушкинская жалоба на московскую родственную среду, жизнь по требованиям «тёток», вмешательство родственников, расходы, внешний контроль. В Царском Селе они снимали комнаты на даче, принадлежавшей Анне Китаевой. 20 мая Пушкин пишет Нащокину: «Приехали мы благополучно… в Демутов трактир и на днях отправляемся в Царское Село».

Царское Село было императорской резиденцией, но одновременно в 1831 году  особым интеллектуальным узлом.  Пушкин зовёт Вяземского к себе, сообщает, что его ждут петербургские знакомые; переписка показывает постоянное движение людей между Царским Селом и столицей. Летом и осенью 1831 года Пушкин и Жуковский находятся в Царском Селе; академические комментарии к наследию Жуковского прямо фиксируют их царскосельское соседство и общение. Жуковский  не просто поэт и старший друг. Он человек, глубоко включённый в императорскую семью и воспитание наследника.

Лето оказалось вовсе не безмятежным, в 1831 году  произошёл холерный кризис.  Молодые оказываются в тревожной обстановке: карантинные ограничения; политическое напряжение в связи с польским восстанием.

Здесь происходит перелом!Пушкин возвращается к государству. В июле 1831 года Пушкин обращается через Бенкендорфа с просьбой разрешить ему работу в государственных исторических архивах. Он хочет заниматься историей Петра Великого и его преемников. Документально зафиксировано, что именно в 1831 году начинается его возвращение на государственную службу. 23 июля Бенкендорф сообщает Нессельроде высочайшую волю определить Пушкина в ведомство Коллегии иностранных дел с разрешением искать в архивах материалы для истории Петра I; формальное зачисление последует 14 ноября 1831 года.

Это фундаментальный поворот последних шести лет жизни Пушкина. Пушкин тогда воспринимает царскую милость с энтузиазмом. То есть Николай I даёт ему то, что действительно соответствует глубокому пушкинскому интересу. Для человека масштаба Пушкина доступ в закрытые государственные архивы, это огромный интеллектуальный ресурс. Пушкин увидел возможность совместить независимый интеллектуальный проект с покровительством верховной власти.

Михаил Шаньков «Дворцовая площадь»

Именно в 1831 году Пушкин пишет политические стихи: «Клеветникам России»; «Бородинская годовщина» в период польского восстания и европейской реакции на русско-польский конфликт. Он занимает выраженную государственно-патриотическую позицию. Его политическая публицистическая активность 1831 года хорошо документирована. Это момент парадоксального сближения Пушкина с николаевским государством. То есть Пушкин сам делает шаг в систему и делает его не как сломленный человек, а как человек, который надеется построить новую жизнь. Вот где парадокс! Пушкин хочет быть независимым писателем и одновременно пользоваться исключительным личным покровительством самодержца. Всё это ради созданной молодой семьи. А 1831 год крайне политизирован: польское восстание; европейская травля; волнения в военных поселениях; холера. В переписке августа 1831 года Пушкин эмоционально реагирует на кровавые события в Новгородских военных поселениях; Оксман приводит его письмо Вяземскому от 3 августа и перед нами не «домашний поэт при красавице-жене», а человек, который снова пытается определить своё место в государстве.

14 ноября 1831 года он зачислен на службу. Но формальности длятся до 6 июля 1832 года, 27 июля 1832 года он получает первое жалованье 5000 рублей ассигнациями в год, что конечно не превращало Пушкина в обеспеченного аристократа. 1832 год: внешне спокойный, но фактически очень важный. 19 мая 1832 года родилась первая дочь Мария Александровна. Дата подтверждается комментарием к письму Пушкина Прасковье Осиповой и музейными материалами. Крещение состоялось 7 июня в Сергиевском артиллерийском соборе; среди восприемников были представители обеих семей. Особенно любопытен состав крёстных: Сергей Львович Пушкин; Наталья Ивановна Гончарова; Афанасий Николаевич Гончаров; Екатерина Ивановна Загряжская. Это соединение двух семейных кланов вокруг первого ребёнка, ещё нет разрыва Пушкина с Гончаровыми, напротив, родственные связи активно работают.

Первый комментарий Пушкина о дочери шутка, что жена разрешилась маленькой «литографией» с его натуры. В 1832–1833 годах  происходит переезд на новую квартиру на Большой Морской, в дом Жадимировского.  Пушкин уже не живёт временно «на даче после свадьбы». Формируется постоянная столичная семья, а это означает постоянные расходы. Он  работает над «Дубровским»,  делает ранние наброски «Пиковой дамы». 3 декабря 1832 года  президент Российской академии А.С. Шишков предложил принять Пушкина в действительные члены, факт процедуры подтверждается материалами Пушкинского Дома.

1833 год был одним из самых сильных всей его зрелой жизни. 31 января 1833 года,  начало работы над «Капитанской дочкой», затем он погружается в историю Пугачёва. Первое документальное свидетельство серьёзной работы над «Историей Пугачёва» относится к началу февраля 1833 года, где художественное и историческое исследования начинают питать друг друга.

В 1833 году у Пушкиных рождается сын Александр. Летом 1833 года он готовит поездку по местам Пугачёвского восстания. 22 июля обращается к Бенкендорфу относительно поездки на два-три месяца. Затем едет по маршруту: Нижний Новгород; Казань; Симбирск; Оренбург; Уральск; и другие места, связанные с восстанием и на финише Болдино. Он разговаривает с людьми, собирает устные свидетельства, делает полевые записи. Научные исследования его записной книжки подчёркивают, что часть материалов почти стенографически передаёт речь информантов.

То есть Пушкин в 1833 году работает почти как современный историк-полевик. Он регулярно пишет жене из поездки, поэтому надо внимательно читать эти письма не как «семейную лирику», а как источник: уровня доверия; финансового состояния; ревности; бытовых распоряжений; отношения к детям; отношения ко двору. Именно с 1833-1834 годов письма к Наталье становятся одним из главных документов нашей истории. В Уральске и Оренбурге Пушкин встречается с Владимиром Далем; исследовательские материалы фиксируют их встречи и совместное движение в регионе.

В 1833 году Пушкин начинает превращаться не просто в литератора, а в профессионального историка национального масштаба. На обратном пути с Урала Пушкин приезжает в Болдино 1 октября 1833 года и начинается вторая мощнейшая болдинская осень. Здесь создаются или завершаются важнейшие произведения этого периода; в том числе работа связана с «Медным всадником»; «Пиковой дамой»; исторической прозой; поэзией; дальнейшим осмыслением Пугачёвского материала. Хронология и исследования рукописей показывают невероятную концентрацию труда. Перед нами человек на пике интеллектуальной мощности.

Анализ жизни поэта 1831–1833 годов даёт право сделать три вывода:

1. Женитьба Пушкина выглядит  успешной.

2. Пушкин не деградирует, он расширяется: муж; отец; историк; чиновник; академик; прозаик; издательский предприниматель; человек столичного общества. Похоже, что он берёт на себя больше ролей, чем его финансовая и административная оболочка способна устойчиво выдержать.

3. Его бурная многоплановая деятельность показывает, что он не исчерпал свой талант и вполне мог прожить долго творческим трудом. В 34 года он физически способен совершить огромную поездку по России, чрезвычайно продуктивен, строит долгосрочные исторические проекты, создаёт семью; имеет  детей, ищет новые формы заработка, интеллектуально развивается.

Теперь возникает главный  и самый острый вопрос: Что произошло между концом 1833-го и январём 1837-го  и заставило человека с такой жизненной энергией сознательно подставить себя на смертельно опасной дуэли?

Это тема нашей последней, заключительной части исследования парадоксов в судьбе Александра Сергеевича Пушкина.

Конец третьей части. 2026 год.