ВЕЛИКОБРИТАНИЯ, второй поход

 

Опять Минсельхоз меня выдернул из отраслевой науки. И опять я дал согласие поработать во многом замечательной и уже мне знакомой стране в должности, на которой я могу не только расширить мой профессиональный и жизненный кругозор, но и принести больше пользы для развития нашего российского сельского хозяйства.

О такой стране как Великобритания говорить не буду, и без меня все её достопримечательности и красоты, её обширная история и государственное устройство расписаны знатоками в горах книг и в любом из многочисленных туристских путеводителей. Опишу лишь мои личные впечатления об этой удивительной стране и лишь о некоторых её жителях, с которыми я встречался.

Сельское хозяйство

Тема эта специальная, и не всем может показаться интересной, поэтому и постараюсь обойтись только краткой справкой. Коль скоро речь пойдёт о времени моего пребывания в Великобритании, почти все восьмидесятые, картина сельского хозяйства этой страны будет отражать один из этих периодов, скажем, 1986 год.

Агропромышленный комплекс Великобритании играет важную роль в экономике страны. Его доля в национальном продукте составляет 5 % – почти столько же, сколько дают такие отрасли, как добывающая, металлургическая, химическая и текстильная вместе взятые, почти уже выгнанные из страны.

Сельское хозяйство, как главная отрасль продовольственного комплекса, в значительной мере обеспечивает страну продовольствием и сырьём для переработки. По таким продуктам, как зерно, говядина, свинина, мясо птицы, молоко, яйца и ряд других продуктов, объёмы производства соответствуют необходимым объёмам потребления, или превышают их.

Следует отметить, что в условиях беспошлинной для стран Общего рынка торговли и конкуренции на внутреннем рынке, реальной финансовой, научно-технической и организационной помощи производству от разнообразных государственных и ЕЭС фондов англичанам удалось в течение предшествующего десятилетия повысить уровень самообеспечения всеми продовольственными продуктами за счёт собственного сельского хозяйства с 65 до 80%, т.е. почти на одну треть.

По сравнению с другими странами Европы, структура сельского хозяйства этой страны наиболее развита. Средний размер фермерских хозяйств в 75 га, позволяют англичанам эффективно использовать новые и новейшие технологии и технику. Больше того, даже этот размер не является пределом, так как треть самых крупных хозяйств отрасли производит три трети продукции. (Для сравнения, средний размер хозяйств в га: во Франции – 25, в Германии, Бельгии, Нидерландах – по 15, в Италии – 8).

Великобритания имеет развитое сельскохозяйственное машиностроение. Производством и сбытом сельскохозяйственной техники в стране занято более пятисот больших и малых фирм. Кроме этого внутренний рынок открыт сельскохозяйственной технике других стран Общего рынка. Многообразие небольших предприятий по производству сельскохозяйственной техники и разнообразных материалов для сельского хозяйства обеспечивает гибкость производства, быстро реагирующего на появление новых технологий и процессов, а также на запросы рынка. Я приводил пример гигантомании в нашем сельскохозяйственном машиностроении, когда, например, только два завода на всю страну с огромным многообразием почвенных условий, выпускают львиную долю плугов всего десятка моделей практически одного типа. В то же время, на рынке же сельскохозяйственной техники в Британии многими своими заводами и по импорту фермерам предлагается свыше 70 разнообразных моделей плугов многих типов.

Промышленные и консультативные компании разработали и поставляют на рынок множество программ для расчётов оптимальных режимов и систем автоматического управления микроклиматом в культивационных помещениях, хранилищах, а также для руководства рабочими процессами на животноводческих фермах, цехах приготовления кормов, нормирования кормления животных и даже их выпаса, уборки навоза, оптимизации норм и сроков внесения минеральных удобрений и средств защиты урожая, норм поливов, планирования и бухгалтерских расчётов; отслеживания ситуации на рынке сбыта. Создана своя сельскохозяйственная сеть Агронет (В то время у нас о таких делах в реальном производстве ещё и не слыхали).

Решению продовольственной независимости страны содействует тщательно разработанная сельскохозяйственная политика, как в рамках страны, так и в системе Общего рынка; развитый агробизнес – обширный рынок техники, оборудования и других необходимых материалов, удобрений, средств защиты растений; высокий уровень капиталовложений и субсидирования; рациональная специализация и концентрация производства; хозяйственная структура, позволяющая эффективно использовать высокопроизводительную технику и оборудование; эффективная инфраструктура всей отрасли, включающая науку, государственную консультативную агрослужбу, подготовку кадров, широкую, а по некоторым продуктам и сплошную, кооперацию производителей, как горизонтальную, так и вертикальную и др. факторы.

Всё это не могло не сказаться на уровне эффективности агропромышленного комплекса. Достаточно привести лишь один, но обобщающий показатель – производительность труда. На одного человека занятого в сельскохозяйственном производстве в 1986 году в Великобритании приходилось больше чем у нас в РСФСР: сельхозугодий в 3,5 раза; произведено валовой продукции – в 8,6 раз; зерна – в 8,5 раз; мяса – в 16,7 раз; молока – в 12,2 раз!!!

Было о чём думать и строчить соответствующие депеши. Только за 1986 год мною было подготовлено 14 аналитических обзоров, среди которых:

– Система подготовки и переподготовки профессиональных кадров для сельского хозяйства;

– О запрете применения гормональных препаратов при откорме скота и птицы;

– Основные направления развития систем и способов обработки почвы в Великобритании;

– Хранение с-х продукции в хранилищах с регулируемой газовой средой;

– Новый способ уборки зерновых, бобовых, льна и других с-х культур; очёсыванием;

– Английская система оздоровления посадочного материала садовых культур;

– и другие…

Кроме этого были собраны и направлены в МСХ СССР 122 единицы информационных материалов о технике, способах производства, с-х политике, годовые отчёты английских НИИ, материалы съездов и конференций, монографии и книги, инструктивные указания и рекомендации английского Министерства сельского хозяйства, предложения английских фирм о сотрудничестве, образцы семян и посадочного материала с-х культур и др. И это только за один год.

Большое внимание было уделено подготовке программ и обеспечению работы приезжающих делегаций наших учёных и практиков сельского хозяйства. В том числе мы организовали визит Председателя Госагропрома СССР Мураховского В.С.

Впервые по нашим предложениям, для изучения такого явления, как английская ферма – основная производственная единица агропромышленного комплекса Великобритании, была принята группа руководителей наших советских предприятий. Они, наряду с изучением структуры и организации процессов производства, в течение месяца работали на одной из ферм в качестве обслуживающего персонала на разных работах.

Крупицы памяти

Визит В.С. Мураховского

В ходе визита главы Госагропрома СССР были подведены итоги сотрудничества между двумя странами и определены основные направления дальнейшего развития сельскохозяйственной науки, а также работ по реорганизации сельхозпроизводства и агропромышленного комплекса в целом. Намечены формы сотрудничества:

– обмен учёными и специалистами, научно-технической информацией и документацией;

– в организации совместных конференций, симпозиумов и выставок;

– обмен образцами семян, хим- и ветпрепаратов.

Практически визит носил представительный характер. При этом из общения с членами делегации чувствовалась некоторая тревога о не совсем благоприятном положении в сельском хозяйстве страны. Об этом можно было судить даже по анекдоту, рассказанному самим Мураховским.

– Сидит человек в кресле парикмахера. Мастер с усердием стрижёт и вдруг спрашивает:
– А где Вы работаете?
Клиент отвечает:
– В Госагропроме!
Через минуту опять тот же вопрос, а затем ещё пара тех же вопросов. Клиент удивился.
– Почему Вы задаёте один и тот же, извините, дурацкий, вопрос? На что парикмахер ответил:
– При слове «Госагропром» мне легче стричь, так как у Вас волосы при этом встают дыбом.

Знай наших

Телеграмма в посольство из МСХ СССР с предложением подготовить программу визита одного из заместителей министра МСХ СССР для ознакомления с организацией научных исследований в области сельского хозяйства в Великобритании. Во исполнение оной, нами была подготовлена, согласована с британской стороной и направлена в Минсельхоз программа с указанием мест посещений и лиц принимающей стороны, с которыми будут встречи. В частности указывалось, что протокольный визит в министерство сельского хозяйства страны будет нанесён государственному секретарю министерства такому-то.

В ответ нам приходит строгое разъяснение, что наш заместитель министра при официальном визите не может встречаться ни с кем, кроме равного по рангу, то есть с заместителем министра. (Справка. Наш заместитель министра до этого своего поста был секретарём ЦК компартии одной из наших союзных республик, а для подкрепления своего научного престижа имел профессорское звание и лабораторию в одном из НИИ республики).

Послали разъяснение, что в структуре министерства сельского хозяйства Великобритании, как и других министерств не существует такой должности, как заместитель министра, а есть секретари: государственный и парламентский. Тем не менее, пришла ещё одна телеграмма с требованием, чтобы министерский чиновник был рангом не ниже замминистра.

Первый, протокольный визит. После обмена общими фразами, наш гость приступил к беседе по существу и, видимо, для подтверждения своей научной эрудиции в глазах собеседника, начал рассказывать о собственных исследованиях в области проблем физиологии растений и важной роли фермента пироксидазы в регулировании их жизненных процессов.

Я перевожу его речь, а сам с беспокойством наблюдая, как краснеет лицо и шея хозяина, государственного секретаря, и какое вырисовывается недоумение на его лице. Не снижая темпа и тона своего перевода, говорю нашему гостю, что кажется всё это хозяину не интересно.

А наш, видимо почуяв свой верх в учёности, продолжает петь о прироксидазе. Хозяин не выдержал и, обращаясь ко мне довольно жёстким тоном сказал, что ему непонятно зачем господин министр рассказывает ему о таких вещах. Что делать!? Дословно переводить я не стал, а сказал нашему гостю, что хозяин имеет совершенно другую специальность и сожалеет, что не может поддержать столь интересный разговор.

После этого хозяин дал понять, что разговор окончен и сухо попрощался, а гость ушёл с чувством победителя и высоко поднятой головой. Где ему было знать, что в министерствах занимаются не наукой и технологией, а руководят отраслью, разрабатывают и проводят в жизнь аграрную политику страны, создают политический и экономический климат развития отрасли.

Горбачёв М.С.

Декабрь 1984 года. Посольство «на ушах», все готовятся к приезду М.С. Горбачёва. Готовлюсь и я. В программе мой пункт – посещение штаб квартиры отделения Плант протекшен, концерна Ай.Си.Ай. Готовлю справку в развитие наших предложений по использованию английского опыта интенсивных технологий производства зерна и других сельскохозяйственных культур, на основании которых в 1983 году было принято соответствующее постановление Политбюро КПСС, и по соглашению с фирмой Ай.Си.Ай., в ряде областей чернозёмной зоны России уже были проведены демонстрационные посевы зерновых культур с использованием технологии, техники и средств защиты растений на общей площади 3 тысячи гектаров.

Первая беседа Михаила Сергеевича со всем дипсоставом посольства в защищённой комнате – ничего нового и особенного. Всё это надоело и в передовицах. Вместе с тем запомнился тезис его речи о том, что «сегодня, как никогда, необыкновенно и крепко единство Партии и советского народа». Он явно лукавил, зная в то время как никто иной, какое неблагоприятное положение в экономике страны, и какова политическая стабильность власти из-за калейдоскопа руководителей партии и государства, а также какие истинные настроения советских людей.

В соответствии с программой пребывания, я сопровождал его в ходе визитов на сельскохозяйственные объекты, кое-где переводил и давал пояснения. В своих репликах и оценках он поддерживал путь интенсификации производства, но не везде, а прежде всего в зерновом хозяйстве и в животноводстве, в связи с тем, что этот путь для всех отраслей потребует больших, неподъёмных финансовых затрат.

Я не политик и, естественно, не могу дать профессиональную оценку политической важности и итогов этого визита. Поэтому поделюсь только моим личным впечатлением. Прежде всего, надо учитывать время действия – сложнейший период жизни нашей страны: череда престарелых, и уже не совсем способных управлять страной руководителей, а также самый разгар организованной США акции по подрыву нашей страны, а это: сговор по резкому снижению цен на нефть, эмбарго в рамках КОКОМ, поддержка муджахедов в Афганистане, поддержка и спонсирование «Солидарности» в Польше, усиление антисоветской пропаганды на русском языке зарубежными радиостанциями, брожение в некоторых кругах советской интеллигенции и др.

На повестку дня мог встать вопрос ослабления, а может быть и существования самой советской власти и уже начавшейся, пока ещё подковёрной, борьбы за личную власть. Естественно, что такое положение второй по мощи супердержавы не могло не являться объектом пристального внимания к её внутренним делам со стороны политиков ведущих стран мира, США и Великобритании в первую очередь.

Бесспорно, они проигрывали все возможные варианты кадровых перестановок в СССР и фигура сравнительно молодого, амбиционного Горбачёва М.С. не могла не занимать в их раскладе одного из первых мест. Рубля не дам в заклад, если не один десяток виднейших психоаналитиков не работал над психологическим портретом М.С. Результаты этих исследований могли быть положены в основу разработки личностных подходов и психологических обработок М. Горбачёва.

По моему мнению, организация первого зарубежного визита одного из первых претендентов на высший пост в СССР и явилась хорошо продуманным и сыгранным спектаклем, к исполнению которого с одной стороны были приглашены великолепные актёры, а с другой – не менее великолепные простофили.

В ход были пущены такие средства обольщения, как подхалимаж, море улыбок, «любовные взгляды», «блеск в глазах», хвалебные отзывы в СМИ и прочая дребедень. В небывалом по масштабам информационном оформлении визита чувствовалась рука дирижёра и даже композитора лицемерно эйфорического лейтмотива – «С этим человеком можно иметь дело!».

Все английские газеты, радио и телевидение были переполнены репортажами, фотографиями, выступлениями видных и не особенно видных обозревателей, а наши политики из посольства и писаки из информационных агентств и газет перебрасывали без изменения всю эту лабуду на страницы наших газет, радио и телевидения, тем самым активно подыгрывали в этом англичанам.

Первая блесна, хоть возможно и не такая уж большая, была проглочена. Крючки её стальные и острые, дали о себе знать позднее. Кроме этого, ко времени его визита, Тетчер уже пятый год успешно перестраивала, денационализировала важнейшие отрасли экономики своей страны, а это ведь опыт, но он оставался незамеченным нашими обозревателями, в том числе и экономическими.

Маргрет Тетчер

Рассказав о М.С. Горбачёве, нельзя не сказать несколько слов о его главной фигуре в переговорах с британской стороны.

О Тетчер и её победе в переговорах говорить не буду. Это хорошо известно и описано в многочисленных публикациях, да и самим ходом дальнейших событий и перемен. Отмечу только несколько моментов деятельности, характерных для этой колоритной фигуры, которых я не встречал в публикациях нашей прессы.

Как известно она, победив лейбористов в борьбе за власть, решила воспользоваться этим для коренной перестройки британской экономики, которую и начала с 1979 года. (За 12 лет до нашей). Основной целью перестройки была обширная, но как ни странно, плановая поэтапная приватизация в ключевых отраслях экономики, национализированных в своё время лейбористами.

В ходе этой кампании она также осуществила ряд мер, направленных на сбрасывание с Британских островов экологически неблагоприятных отраслей промышленности, таких как угольная, металлургическая, текстильная и некоторые другие, на территории других стран, к тому же с более дешёвой рабочей силой. Одновременно было широко простимулировано развитие новых, высокотехнологических отраслей.

Так вот, начала она эту перестройку со значительного сокращения государственного аппарата. Были резко сокращены число и штаты министерств и других центральных и региональных органов управления. (У нас – диаметрально наоборот. Бюрократия в России выросла в несколько раз даже по сравнению с её численностью во всём бывшем Советском Союзе. Во всех административных областях учреждены обширные по штатам аппараты Губернаторов и Представителей Президента. Многие сотни бывших ранее скромными областными управлениями по всем отраслям хозяйствования(!), все вдруг стали министерствами, с подобающими им штатами, зарплатами и прочим щедрым содержанием).

В ходе британской перестройки специальными законами и распоряжениями был ужесточён контроль за расходованием бюджетных средств. Помню, как в парламенте и всенародно в газетах отчитывалась Тетчер перед народом о суточных, гостиничных и прочих платежах мужа, сопровождавшего её в Москву с ответным визитом. (Смешно даже представить, чтобы наши государственные топ-менеджеры отчитывались перед Думой о дорожных, гостиничных и ресторанных расходах их супруг во время визитов куда бы то ни было). У нас – всё наоборот.

Бюджетные средства сразу рекой пошли на перелицовку и позолоту Кремля, многочисленных представительских государственных резиденций и дач, на приобретение безмерно дорогих лимузинов и пр., и пр. О личной скромности у нас а-ля Тетчер и говорить не приходится, стоит только посмотреть на самых высоких чиновников, прикарманивших огромные пакеты акций ведущих предприятий и банков, прихвативших государственные дачи и целые поместья.

У Тетчер не было и намёка на бесплатную раздачу «слонов» – национального достояния британского народа. В соответствии с десятилетним планом была проведена постепенная приватизация и не допущена «прихватизация». (У нас всё национальное достояние российского народа спустили в карманы приближённым к власти дельцам, кому – за откаты, а кому и за умение жарить шашлыки и преданно заглядывать в глаза, в том числе жёнам и дочерям власть предержащих).

Народ британский не был брошен в обезличенную ваучеризацию и беззастенчиво околпачен. Такого как у нас невероятно быстрого имущественного и социального расслоения народа не произошло. Больше того – уверен, что с британским народом такие эксперименты и не прошли бы. Там они если надо поднимаются все. Пример. Как-то срочно мне надо было попасть в министерство. Приехал, а там на весь штат только один привратник. Спрашиваю в чём дело? А он спокойно отвечает, что сегодня забастовка госслужащих (не путайте с нашими высшими чинами) и на работу не вышел никто).

Перечисленные выше меры и традиционная преданность британской правящей элиты своему народу позволили правительству Тетчер удержать инфляцию в течение десяти лет перестройки в пределах от 7 до 10 %, и до 12 % в самый напряжённый год. Наши же мудрецы сумели вздуть инфляцию в пиковый год до 2500% и даже спустя 18 лет после «шокового обрезания национальной экономики» никак не могут с ней справиться. Даже официальный её уровень не опускается ниже 12 процентов (текст написан в 2010 г.).

А о фактическом уровне инфляции жизненно необходимых условий, особенно для малоимущих, и говорить не приходится. Больше того, у них инфляция отслеживалась и публиковалась еженедельно и, соответственно, индексировалась заработная плата рабочим и служащим. И было это у них задолго до нашей «прихватизации».

Могли бы наши умельцы младодемократы, ещё тогда, хотя бы чему ни будь поучиться у Тетчер? Не сумели, а скорее всего, и не хотели. Если бы приватизация была сделана как в Англии, точнее если бы у нас нашёлся хотя бы один руководитель, обладающий такой силой воли, ума и чувства ответственности перед своим народом, как у Тетчер, то и капитализм у нас подавно был бы не кривой, а настоящий социальный.

Всё! Больше не буду утомлять читателя производственной спецификой.

British countryside

Пожалуй, несколько слов нужно сказать о таком важном для англичан понятии, как сельский образ жизни (Rural life). Он украшен ландшафтами, созданными трудами Природы и Человека центральных, западных и северных регионов страны и является одной из важных её достопримечательностей и национальной гордостью.

Это живописные долины рек, озёра, со смотрящимися в их гладь ивами – особо любимой англичанами породой деревьев. Это ухоженные поля вольной конфигурации, обрамлённые каменными межами. Это и бережно хранимые древние артефакты, такие, как: видная издалека «белая лошадь» – в незапамятные времена высеченный на известняковой щеке зелёного холма силуэт лошади; руины древнего кельтского замка, или даже его малой части; фрагмент дороги, выложенный камнем ещё римлянами и т.д.

На возделанных полях часто можно видеть небольшую группу или даже одно единственное дерево и именно на том месте, где они придают особую прелесть всей картине. Зелёные нивы, с пасущимися на них коровами или россыпью овечьего стада, и редкими деревьями, составляют идиллическую гармонию природы и трудов человеческих, и благотворно воздействуют на психику человека, не могут не вызывать у англичанина патриотических чувств.

Они оставляют в сознании не только эстетическое впечатление, но и чувство глубокого уважения к создателям этой красоты – крестьянам, их нелёгкому труду.

Каменные межи сложились исторически, как памятник изнурительному труду крестьянина ещё с того времени, когда только зарождалось земледелие на этой скудной каменистой земле. Землепашцы, поколения за поколениями, освобождали поля от камней, складывая их по краям и сооружая из них своеобразные ограды. Возникло даже особое искусство кладки этих прочных каменных изгородей, которые стоят веками без каких либо скрепляющих материалов. Кроме того, межи служат пристанищем для аборигенной флоры и фауны – от красивых деревьев и кустарников, насекомых и птиц до кроликов и лис.

Особенно красивы британские ландшафты в районах с холмистой местностью, а красоты Higland Шотландии, с её горами и озёрами, воспетые Робертом Бернсом и впрямь потрясающи. Там, равно как и в других районах страны, на участках дорог, с особо красивыми видами, устроены смотровые площадки для проезжающих. Многие горожане даже издалека по выходным приезжают в живописные сельские районы просто полюбоваться ландшафтами.

Путешествуя по таким красочным сельским ландшафтам, практически созданным руками человека, часто ловил себя на мысли: что бы сделал с председателем или агрономом какого-либо колхоза, проезжающий по полям секретарь райкома, если бы вдруг увидел поле со столь причудливой конфигурацией, обрамлённое каменными межами, а тем паче заросшими, да ещё и с одиночными деревьями посреди поля?!

Определённо, он заставил бы навести «порядок» – выпрямить границы полей, для более производительной работы тракторов, и убрать межи, камни и деревья, как рассадники сорняков и сельскохозяйственных вредителей. Примерно такую же мысль я выразил однажды в разговоре с одним из фермеров. На что тот ответил, что это же красота, которую надо беречь, а техника сейчас такая маневренная, что может работать и по кривым линиям и объехать дерево.

Он добавил, что, к тому же, владелец или арендатор земли не вправе самовольно убрать межу или даже одно дерево. Все они находятся в государственном реестре и, как национальное достояние, охраняются законом, а учёные защитники природы ведут учёт и следят за состоянием живности, населяющей межи, – это кролики, мелкие грызуны, многие виды птиц и насекомых. Обработка меж гербицидами и ядохимикатами запрещена.

Уважение истории страны

Другая, бросающаяся в глаза особенность британцев – их бережное отношение к истории. Сохранены многочисленные памятники, включая самые древние: многочисленные дольмены и так называемые белые лошади (больших размеров силуэты лошадей, в давно минувшие времена высеченные на склонах известковых гор и холмов); древнейшее культовое сооружение каменного века Стоунхендж; сто двадцати километровая стена, отгораживающая Англию от набегов кельтских племён из Шотландии, построенная ещё римским императором Гордианом во втором столетии до нашей эры; довольно большие остатки римских дорог с круговыми развязками (изобретение древнего ГАИ, во избежание ДТП с участием боевых колесниц римлян); римские бани (большой город Бат (Bath) получил от них своё название; многочисленные замки, старинные здания – как архитектурные шедевры, так и сельские коттеджи под соломенными крышами; парки и многое другое.

Всё это богатство цело. И даже мало-мальски ценные в историческом отношении руины сохраняются, для чего их укрепляют и консервируют специальными составами. Почти в каждом городе и городке имеется музей.

В таких муниципальных или частных музеях постоянно можно видеть группы школьников на выездных предметных уроках истории данной местности да и всей Британии. Уважение к своей истории выражено также в многочисленных памятниках. Не в пример некоторым странам, политика никак не мешает истории, какая бы она ни была в то или иное время. Англичане к прошлому страны относятся с уважением, ведь это их история, одно из главных духовных достояний страны.

Например, перед Вестминстерским дворцом, где проходят заседания Британского парламента, которому английская королева ежегодно зачитывает свои послания, стоит и спокойно и строго взирает на окружающих бронзовый Кромвель, в своё время отрубивший голову английскому королю. Тут же на площади рядом с внушительной фигурой Черчилля, генерал Сесил Джон Родс, давший своё имя жестоко им покорённой африканской стране.

Уважение друг к другу

Повторюсь, видимо, ещё римские гаишники научили англичан уважительно вести себя на дорогах. Уже упоминал о том, что до сих пор можно встретить охраняемые законом руины мощёных дорог с кольцевыми развязками, построенные ещё римлянами.

Меня, российского автолюбителя, удивляла необычная для нас картина: плотное движение по улице в четыре полосы и вдруг, за 20-30 метров до перекрёстка один из водителей крайне правого (у нас левого) ряда даёт сигнал поворота. И что же? Все три ряда один за другим беспрекословно пропускают его. Почему?

Да просто, исходя из элементарного уважения и понимания того, что человек не успел перестроиться, или не знал этого участка дороги, или необходимость поворота возникла вдруг. Небольшая задержка каждого ряда никак не сказывается на движении всей колонны – она как двигалась, так и движется далее (у нас каждый бы подумал: «Моё право! Ишь, какой! Обойдёшься! Не пущу!»).

И поехал бы этот несчастный, куда понёс бы его поток, а если бы заупрямился, то или авария, или уже весь поток стоял бы в пробке, как стадо, час, а то и два. При большей загруженности дорог и узких улиц городов, число аварий у них в несколько раз меньше, чем у нас.

Тем более там трудно представить машину, несущуюся со скоростью 120 км/час по улицам ночного города, играя в «шашки», не разбирая цветов сигналов светофора, или езду по пешеходным тротуарам, или лихача убегающего с места аварии с зацепившейся за его машину детской коляской с уже убитым им младенцем. И что самое дикое в таком или подобном идиотском случае: у нас – это размер грозящего ему наказания – небольшой срок отсидки, а если при деньгах, то и вообще условно – адвокаты, да и сам суд отмажут.

Накатав сотни тысяч километров по дорогам и городам Великобритании, смело утверждаю, что уважение друг к другу, а через это и к самому себе – главное в сравнительном благополучии англичан на их дорогах. Попробуйте, например, предложить полицейскому взятку – не буду даже говорить, что с Вами будет.

И так ясно. Полицейский, как и английский чиновник, как, в основном, и любой другой англичанин настолько уважает себя, что если падёт так низко, то и впрямь заболеет, загрызёт его собственная совесть. Недавно один из высокопоставленных государственных деятелей Англии с гордостью отметил, что британский чиновник наименее коррумпирован, по сравнению с чиновником любой другой страны. (Простите, эта картина 60 – 80-х годов, какова она сейчас, не знаю).

Наши автомобильные репортёры, да и некоторые из туристов, утверждают, что англичане на дорогах стукачи – сразу сообщают полиции о твоём нарушении правил езды. Ничего подобного – просто они уважают закон и требуют от тебя того же.

По своему опыту знаю, что если невзначай тронешь с места машину, хотя бы за полсекунды перед включением зелёного сигнала светофора, все участники движения засигналят и дадут тебе понять, что ты нахал, нарушаешь закон, который положено соблюдать всем. У меня сложилось мнение, что Закон является стержнем существования, как страны, так и каждого британца.

И ещё. Они понимают смысл слов – мы едины (к сожалению, в новое время у нас это понятие, как и понятие – народ усиленно и преднамеренно девальвируются некоторыми политиками и СМИ). А у британцев даже на вывесках пивнушек, харчевень и постоялых домов в разных городах и деревнях, нередко можно встретить такие вариации названия как: «Пять за всех».

Вывеска, как правило, состоит из пяти портретов: короля, священника, чиновника, солдата и рабочего. Тексты под портретами каждого из них говорят о том, что каждый из них служит не себе, а всем. Всё это делается не по приказу властей, а самими англичанами, надо полагать из естественного чувства общности нации.

Смешно и подумать, что кто-либо из англичан, тем более высокопоставленных, вдруг начнёт говорить, что Британия «поработитель и тюрьма народов», «британцы должны покаяться перед народами бывших колоний», стыдливо прятать свои национальные традиции и обычаи.

Показателем заботы и служения правительства своему народу, хотя немного и декоративным, является то, что издавна оно не оставляет ни одного британца, попавшего в беду в других странах. У нас только в последнее время стали интересоваться судьбой подобных бедолаг, да и то часто лишь формально. При советской власти об этом был молчок, а вот Тетчер, например, даже летала в какую-то индокитайскую страну выручать, схваченного там по подозрению в наркоторговле англичанина. (Как же, ведь британец!).

Что правительство, – возьмите Двор. Член королевской семьи, внук королевы – принц Гарри служил в армии. Когда подразделение, где служил Гарри, было направлено в горячие точки – Ирак и Афганистан, он не откосил (наше слово, уже ставшее обыденным), остался с ним, и даже, когда парламент и правительство потребовали его отъезда оттуда, Гарри инкогнито продолжал службу.

Как этот поступок представителя Британской аристократии, одной из самых древних в Европе, может быть воспринят рядовым британцем? Неужели так же, как и у нас, нашим российским допризывником, который видит, как косяками отлынивают от армии отпрыски наших толстосумов и политиков?

Недавно я видел по телевизору в одной из молодёжных программ интервью с откосившим отпрыском одного из наших высоких политиков. Худосочный франт, томно-гламурно рассказывает корреспонденту, как он выжимает 250-300 км из своего Феррари на английских хай-вей. Больше того, некоторые наши журналисты и даже политики всерьёз рассуждают об узаконивании откупа от службы в армии. И, после всего этого, мы ожидаем от нашего призывника, да и молодёжи в целом, желания служить в армии?

Боюсь, что бессовестная многолетняя кампания по дискредитации нашей армии, отшибёт у них не только желание служить стране, но и чувствовать себя русским. Недавно посмотрел репортаж о службе молодых парней и девушек в армии Израиля, приятно отметил их патриотизм и неподдельный энтузиазм. Вместе с этим подумал: чего-то не хватает им бедным?

И всплыл ответ в образе Комитета израильских солдатских матерей и радиостанции «Эхо Телль-Авива», с антиармейской пропагандой по типу соответствующих наших. А чтобы соответствие было более полным, эти некоммерческие организации ещё бы и финансировались из, допустим, Сирии или Ирана.

Проба на патриотизм

Умытая страна, богатая история Англии, традиции, законы, власть – бесспорно формируют национальное самосознание британцев, осознание каждым из них принадлежности к своей стране и большому и прочному сообществу людей, её населяющих. Проявляется это в негромком, но явном и крепком патриотизме, охватывающем всех британцев в критические моменты истории.

Так было в период второй мировой, когда редкий англичанин не служил бы в авиации, которая не позволила немецким фашистам разрушить страну с воздуха и высадить десанты с моря. Небольшой штрих. По свидетельству командующего всеми силами самообороны страны, за все шесть лет войны с фашистами в этом ведомстве не было ни одного случая предательства.

А уже в наше время, мне своими глазами довелось наблюдать бурную волну британского патриотизма в ходе небольшой стычки с Аргентиной по поводу принадлежности Фолклендских островов, населяли которые, образно говоря, всего несколько десятков англичан – пастухов. Как по команде английские политики разных толков (в стране тогда было не менее двух десятков различных противоборствующих партий) – все стали вдруг одного цвета.

Когда Тетчер объявила о подготовке армады судов для посылки отбить острова, восстановить и охранять британский суверенитет этой далёкой территории, то, по свидетельству газет, радио и телевидения, рабочих, готовящих суда, сутками нельзя было прогнать домой из цехов и доков. Царил небывалый подъём энтузиазма всего народа.

А когда флот ещё был в пути, британцы ударили так, что этой заварушке сразу конец пришёл. (Ещё до подхода армады, британская подводная лодка потопила лайнер «Бельграно» с тремя тысячами аргентинских солдат на борту). Как же, Британию тронули!

Британский характер проявляется в том, что каждый британец остро ощущает свою причастность к британской нации и, в глубине души, считает её самой лучшей в мире. Это проглядывает во всём, несмотря на показную видимость дружелюбия и терпимости к людям других наций, а также отсутствие явной шумной публичной пропаганды величия британской нации, и её образа жизни. Однако история, чувство хозяина мира, воспитанное былыми временами, не может не шевелиться и даже неосознанно подпитывать известные британские черты – чопорность и лицемерие.

Не всё же о серьёзном

Странно

Возвращаюсь в Лондон из аэропорта Хитроу. Пробка, машины ползут шагом. Правый от меня ряд пошёл быстрее, и в нём мимо меня медленно проследовал кортеж королевы Елизаветы из нескольких лимузинов. Она следовала во втором автомобиле.

Как-то в пробке на одной из улиц Лондона глянул, а в соседнем ряду стоит видавший виды лэнд-ровер, а за рулём принц Чарльз. Ни перекрытия всей трассы, ни сирен, ни матюгальников полицейских! Странно.

Колорадский жук

Сижу, строчу очередную информацию. Влетает в кабинет второй секретарь посольства,

– Слушай, ты сообщил своим в Москве, о том, что в Англии появился Колорадский жук? Все газеты полны сообщением о нём, целый переполох! Англичане в панике, опасаются за урожай картофеля в стране!

– Нет, не сообщал, и сообщать не буду, – ответил я, – и тебе не советую. Засмеют!

Дело в том, что этой заразы у нас в стране как нигде в мире, а уж в Колорадо и подавно! Ежегодно на поля выливаются тысячи тонн ядов, чтобы убить его, крестьяне и дачники-огородники центнерами, а может быть и тоннами, собирают эту гадость вручную и никак побороть её не могут. А всё потому, что в своё время у нас некому (журналисты были не те) было поднять шум и заставить наши контрольные службы на таможнях работать как следует. Хотя бы так, как англичане.

Мне несколько раз, находясь в поездках по стране, приходилось менять заявленный ранее маршрут моего передвижения. Для этого достаточно было обратиться в ближайший полицейский участок и сообщить им об этом. Обычно они разрешают и вносят соответствующую пометку в мою нотификацию.

Так вот, в каждом полицейском участке, любого города и любой деревни по всей стране на видном месте висит красочный портрет этого преступника-вредителя с надписью Wanted!, то есть «Разыскивается!» и текст о том, что если кто-либо увидит такого красивого жука, обязан немедленно изловить его и принести в участок. А уж они знают, что делать дальше.

На таможнях, в портах, складах жесточайший контроль. Результат: в стране нет колорадского жука совсем. Не было бы и у нас, если бы наша карантинная служба работала бы как британская. Но, мы имеем то, что имеем. Годами позже я видел, с каким удивлением и ужасом смотрели голландцы и англичане на грядки картофеля сотрудников института поливной техники в Коломне. Грядки были оранжево-красные от сонмища личинок этого жука.

Что же касается того переполоха, с которого начался этот рассказ, то ещё до прихода моего сослуживца, я читал газетные сообщения о том, что в энном порту в трюме одного из кораблей нашли три жука колорадских, два из них были дохлые, а один еле подавал признаки жизни.

Перестройка

(правда не наша, а британская) подвела меня

На одной из сельскохозяйственных выставок познакомился с владельцем небольшой фирмы по хранению продовольственного и семенного картофеля.

В ходе беседы он пригласил меня посетить его хранилище и ознакомиться с уникальным, по его словам, оборудованием по созданию и поддержанию оптимального микроклимата в производственных помещениях. Я согласился, так как вопрос этот представлял для нас большой интерес, особенно в части качественного хранения семенных клубней и их предпосадочной подготовки.

Фирма его располагалась вблизи города Ипсвиче, на берегу Ла Манша. Мне показался несколько странным предложенный им маршрут, а именно: мы подъезжаем в Ипсвич на своей машине, затем пересаживаемся в его машину и едем до места расположения хранилища. Моё сомнение он развеял, пообещав, что все необходимые формальности с властями уладит сам.

В назначенный день мы с моим ассистентом Петром Прокопьевичем Макаровым, кстати, классным специалистом по картофелю, к условленному часу подъехали к одной из гостиниц города, где нас уже поджидал этот господин. После чашечки кофе, уселись в его Мерседес и поехали. Я предполагал, что хранилище расположено где-то на окраине города и был удивлён, когда мы выехали за его пределы, а это было уже нарушение моей нотификации. На моё замечание по этому поводу хозяин ответил, что всё в полном порядке и что в мой маршрут внесены необходимые изменения.

Немного отлегло. Свернули с шоссе, и метрах в пятистах машина остановилась у будки какого-то КПП со шлагбаумом. Наш хозяин показал некую бумагу, человек в форменной одежде нажал кнопку, шлагбаум поднялся и мы проехали к большому ангару.

КПП и вся эта процедура проезда, да ещё какие-то эскарпы справа и слева по пути к ангару возбудили моё беспокойство. Хозяин опять успокоил нас: «Не волнуйтесь всё будет в порядке», достал ключи и стал открывать дверь ангара. Ключи никак не подходили, или что-то было с замком. После нескольких неудачных попыток открыть замок, он извинился и сказал, что сходит за другими ключами, и исчез за углом ангара.

Мы остались одни и не на шутку струхнули, особенно когда мимо нас проехал электрокар, гружёный продолговатыми камуфляжных цветов ящиками, а в непосредственной близости за ангаром раздался взрыв, затем второй. «Вот дурень, – грыз себя я, – надо было ещё в Ипсвиче развернуться и уехать восвояси. А теперь уж терпи, наберись спокойствия и жди что будет».

Опять проехал очередной кар с явно военным грузом. Смотрим, наш хозяин идет с ключами, весело улыбается и, глядя вслед проехавшему кару, говорит: «Вы не волнуйтесь, под нами подземный завод, раннее выпускал военную, а сейчас производит промышленную взрывчатку.

Завод в ходе перестройки нашей экономики подпал под приватизацию. Вы наверное слышали, – добавил он, – о планах миссис Тетчер по сокращению затрат на военные цели и приватизации государственной собственности? Вот мне и подвернулся случай выкупить этот ангар, в котором я и устроил картофелехранилище».

Оборудование по контролю микроклимата и впрямь оказалось хорошим, как и посадочный материал картофеля, но нам это было уже не в радость. Свободно вздохнули, когда сели в свой автомобиль и поехали в Лондон. Но Пётр Прокопьевич подготовил ценную информацию по автоматике регулирования микроклимата в хранилищах

Водяная курочка

Весной на пруду Хайгейтского парка в Лондоне, метрах в четырех от плотины, на выступающих из воды ветвях затонувшей коряги, пара водяных курочек сооружала из прутиков и веточек островок сравнительно больших размеров. Было очень интересно и забавно наблюдать, как они неутомимо таскали по воде строительные материалы и мастерски укладывали их на нужное место.

Затем, сверху островка, курочка из сухой травы свила гнездо, утеплила его пухом из своей грудки и брюшка, отложила яички и села их насиживать. Петушок же приносил ей корм, а иногда и сам садился на гнездо. На плотине все это время собирались англичане и любовались столь идиллической картиной. На лицах светились улыбки и какое-то особое выражение удивления, радости и теплоты: «Такие крохи, а сколько любви, единения, упорства, заботы!».

Курочки на людей не обращали внимания. Затем погода испортилась, стало пасмурно и ветрено, пошли сильные почти беспрерывные дожди, и через несколько дней вода в пруду стала прибывать, нависла угроза затопления гнезда. Курочка не могла сойти с гнезда, иначе остыли бы яички.

Петушок же метался по пруду взад и вперед, находил, таскал и подсовывал в основание гнезда прутики, чтобы приподнять его. Его беспрерывная работа продолжалась несколько дней, гнездо и впрямь поднималось до тех пор, пока не прекратился подъем воды. Самоотверженный строитель таки добился победы над стихией – отстоял своё гнездо.

Примечательно, что все эти несколько дождливых дней люди не покидали эту милую пару. Они с утра до вечера стояли под зонтами, молча сопереживали драму этих маленьких созданий, и, стараясь хоть как-то помочь трогательному петушку-спасателю, приносили и подбрасывали прутики в воду, чтобы облегчить ему поиск строительного материала и работу по спасению гнезда.

Что касается птиц, я часто задаюсь вопросом: что же это было? Инстинкт или разум? Согласен, что инстинкт руководил действиями птиц, например, при строительстве гнезда, – ведь это неотъемлемая часть алгоритма их жизни, запечатленная в матрице инстинкта.

Но данный случай? Это же нестандартная ситуация. Вода прибывала медленно, а островок-гнездо не всплывало, как ему было положено в таких случаях, а оказалось заякоренным тяжелой корягой и поэтому не могло следовать за поднимающимся уровнем воды. Как петушок мог предвидеть то, что произойдет не в данный момент, и не сейчас, а через день – два? И как он мог сообразить, что спасение гнезда именно в его подъёме, а для этого необходимо подкладывать прутики.

Думаю, что без мышления, или хотя бы его элементов, здесь не обошлось. Что же касается людей, могу только ответить одно – англичане.

Привилегия

Еду по Лондону вдоль Риджентс-парка. Впереди замигали стоп-сигналы машин. Движение остановилось. Притормозил и я. Смотрю – перед шеренгой остановившихся машин – дорогу вперевалку переходит дикая утка, за которой чинно топает выводок утят.

Ценители искусства

В одно из воскресений мы с женой гуляли в парке и зашли в Кенвуд галерею. Посмотрев картины, в последней длинной комнате, похожей на коридор, остановились около огромного, во всю стену, гобелена с изображением сцены охоты на лошадях и с собаками. Размер его был примерно три на шесть или семь метров. Гобелен был старый и какой-то выцветший, серый, хотя угадывалось, что когда-то он был цветным. Около него собралась группа посетителей и слушала объяснения экскурсовода.

Нам не хотелось мешать им, и мы остановились чуть поодаль. Разглядываем гобелен и Лида, мой главный «эксперт», заметила, что такую старую и невзрачную тряпку она бы и даром не взяла, будь у неё даже и дом с такой большой комнатой для картины.

Стоявший недалеко служитель галереи, увидев, что мы обсуждаем эту картину, подошёл к нам и спросил, понравился ли нам гобелен. Я, естественно, ответил утвердительно. Он обрадовано стал нам рассказывать о том, что этот гобелен – жемчужина всей экспозиции галереи и один стоит гораздо больше всех её картин. Мы поблагодарили, а по выходе я спросил Лиду, не продешевила ли она, отказавшись от этой «тряпки».

Отбрила

На определённый день был назначен приём в посольстве для моих англичан-партнёров по связям в области сельского хозяйства. Как обычно, приём состоял из небольшого коктейля и показа советского фильма. За месяц разослал приглашения и готовлюсь. А тут, как на грех, – срочный вызов в Москву на несколько дней. Подумал, что время ещё есть, и не стал отменять приём. Успею.

И правда, успел. Закончив дела в Минсельхозе, накануне отлёта решил постричься, чтобы прилично выглядеть перед англичанами на приёме. Зашёл не в простую парикмахерскую, а в «Салон». Подробно объяснил молодой девице – мастеру, как я хочу постричься и сел в кресло. То, что я увидел в зеркале после её работы, убило меня. Безобразные вихры торчали в разные стороны.

– Что же вы наделали! – воскликнул я в отчаянии,
– Ничего, для деревни сойдёт, – ответила она.

Русская душа

Однажды, во время командировки в Москву, после одного из совещаний в Минсельхозе я, в белой сорочке с манжетами, выглядывавшими из рукавов тройки от Кардена, зашёл в небольшую пивнушку тут же, на Садовой, в полуподвальчике. Нищее убранство забегаловки, в сравнении с английским пабом, поразило меня (к хорошему почему-то привыкаешь быстро). Заказал кружку пива.

Нашёл свободное место за высоким круглым столиком. Стою, пью. Два соседа по столику – один здоровенный, с открытой волосатой грудью, другой – тощий и маленький – отдирают кусочки дефицитной тогда воблы и со смаком закусывают своё пиво. У меня слюнки побежали, но я не подаю вида, пью. Который большой, отдирает кусок спинки рыбины и подаёт мне со словами:
– Чево так-то? На, загрызи.

Международный авиасалон в Фарнборо

По мере обхода итальянских, французских и английских стендов, на которых были выставлены новейшие образцы самолётов и вооружения, мой десятилетний внук Ваня мрачнел всё больше и больше. Подошли к американскому стенду, увидели большой устрашающе хищного вида самолёт, под крыльями которого была выставлена не куча, а гора авиабомб и ракет. И тут Ваня вдруг запел:
– «Союз нерушимый…».

В ловушке

Среди ребят утвердилась мода ходить в школу не с ранцем или портфелем, а с кейсом. Под натиском просьб мы купили Ване кейс с шифрованным замком. Однажды на перемене мальчишки тайно сменили шифр его кейса. На следующем уроке учительница, видимо зная о шутке мальчишек, вызвала Ваню к доске. Ваня замешкался – никак не мог открыть кейс.

– Что случилось? Открывай же свой чемодан! – неуважительно к кейсу сказала учительница. В классе хохот.

Клин – клином

Девочка Света Н., отличница, была любимицей учителей, особенно учительницы английского языка, и иногда ябедничала. Ребятам это не нравилось, и однажды Ваня решил наказать ябеду, поднял руку, встал и сказал:

– Марина Баяновна, а Света Н. называет Вас Малиной Банановной!

Batman

Сидим с Лидой на лавке в Кенсингтонском парке. Подходит женщина с девочкой лет пяти. У девочки в руке игрушечный чемоданчик розового цвета. Поймав мой заинтересованный взгляд, девочка приподняла чемоданчик, чтобы я его лучше разглядел, и с довольным видом похвалилась:

– the ballerina bag! Isn’t it nice?
– Да, очень красивый… Как ты, – ответил я по-русски.

От неожиданности девочка с удивлением посмотрела на меня, глазёнки её
расширились и она с радостью спросила:
– Are You Batman?
– Yes, I am! – ответил я, с загадочным видом.

Там же

К соседней лавочке подошла молодая мама с тремя мальчиками от трёх до восьми лет. Женщина белая, а мальчики черные, причём два из них даже очень. Играя, один из них отбежал в сторонку и вдруг мамин голос:

– Ваня, вернись! – На чистом русском языке.

Диалог

Маленькая девочка, дочь нашего хорошего знакомого, с радостью рассказывает о своих успехах в изучении французского языка в детском саду. Прочитала по-французски стишок и произнесла несколько фраз. Все зааплодировали. Довольная, произведенным ею эффектом, она спросила меня:
– А ты говоришь по-французски?
– Да, – ответил я, совравши.
– Ну, тогда скажи, как будет по-французски – Девочка!
– Ля девочка – ответил я быстро. – Как она хохотала!

Приятный сюрприз

Едем по одной из местных дорог далеко на север от Лондона, в шотландском графстве Эйршир. Показалась небольшая деревушка, а пред ней стоит указатель: MOSKOW. Приятно.

Автор: Тринченко Иван Васильевич | слов 6879 | метки: , , , , , , , ,


Добавить комментарий