Прощание с природой, или возвращение к ней?

21.01.2019. О.А.: По каналу «Культура» случайно попал на передачу Швыдкова, где ученые мужи говорили о языковой коммуникации. Узнал, что в человеческом мозгу в раннем возрасте образуется определенная структура, которая занимается речью, — пониманием ее и воспроизведением. Причем, природа дает только предпосылки для образования такой структуры, но без социума она не возникает. Есть возрастное окно, в котором надо успеть той структуре сформироваться, потом возможность (способность) теряется. Здесь я обратил внимание на взаимодействие природного и социального на весьма глубоком природном уровне, причем, социальное напрямую управляет природным.

Разговор на передаче был такой, — наследуются ли предпосылки к определенному языку? — Все участники обсуждения в один голос сказали: «Нет!». Человек рождается полиглотом, ему все равно, на каком языке говорить. Но что-то мне кажется, что это только пока, на данном этапе развития, — далее вместо «предпосылки», должна бы от рождения возникать и сама та структура, обеспечивающая речь. И можно предположить, что природа, отслеживая потребности, впоследствии будет понемногу участвовать на генетическом уровне в сохранении и передачи не только способности к языкам, но и самого языка. Точнее, — того, что мы понимаем как мышление.

Меня занимает вопрос, — Когда и как появился человек современного типа? Во всяком случае, древние египтяне, как я понял, читая их тексты, от нас не отличались, а прошло с тех пор уже порядка пяти тысячелетий. По разным признакам, складывается мнение, что человек современный появился еще до Ледникового периода, — тысяч 30-40 лет назад.

Был еще у Швыдкова разговор о «Природе человека», т.е. о том, что именно отличает его от других существ? — Вопрос интересный, но я не очень понял ответы на него. Услышал мнение, что такой вопрос некорректный, — человек это часть природы, из которой не надо его так определенно выделять. — Тут мне хочется возразить, что человек это часть не только природы, но и социума, который заявляет о себе как самостоятельная сущность, все менее зависимая от природы. Причем, этот процесс (отделения от природы) надо отсчитывать со времен начала земледелия и скотоводства. Государство, компьютеры, и прочие продукты цивилизации — все это продолжение того процесса, начало которому положило преобразование диких животных и растений в домашние и культурные. Считается, что первые собаки появились 35 тыс. лет назад.

Человек (по моим представлениям) имеет три составляющих: природную, социальную и интеллектуальную (последние две можно не разделять). Недавно, в возрасте 75 лет умер английский ученый Хоккинг. На нем природа поставила жестокий эксперимент, — в достаточно раннем возрасте, отобрав у него управление почти всеми физиологическими функциями. И только интеллект оставался нетронутым болезнью. По мере ухудшения состояния, Хоккинг придумывал все новые способы коммуникации с внешним миром, весьма экзотические, слабые, очень непростые. Тем не менее, будучи в таком состоянии, он совершал научные открытия, писал статьи и книги, участвовал в важных дискуссиях. Он представлял собой «чистый интеллект», почти лишенный тела. При этом, определенно, он оставался личностью.

В связи с этим, возникает важный вопрос. Форму «Интеллектуального бессмертия» цивилизация уже давно нашла, когда научилась сохранять мысли в разнообразных формах, начиная от рисунков и книг. Этого, однако, недостаточно для «реального бессмертия». Надо понять, что же еще для этого принципиально необходимо? История с Хоккингом показывает, что нет большой необходимости сохранять тело. Есть предположение, что Искусственный интеллект с такой задачей справится (если ее четко обозначить), и я все более убеждаюсь в том, что человек в своем нынешнем виде — явление преходящее, он создаст нечто новое, что примет на себя все его социальные функции.

В дискуссии у Швыдкова прозвучало мнение, что человек биологически почти не отличается от животного, и только интеллект (важная часть которого — речь) дает ему положение «Царь зверей». Когда же интеллект примет другие формы, «человеческий вариант», как более слабый, не будет востребован и станет постепенно угасать. Практичная природа не терпит лишнего, человек, если совсем не исчезнет, то вернется в свое былое животное состояние.

24.01.2018. С.О.: Про специфику формирования речи я, в общем-то, знал. Дело даже не столько в самой речи, сколько в том, что из-за чрезмерно сложной социальной среды человек вынужден иметь большой мозг, который в необходимом объеме не может пройти через узкий таз при рождении. Поэтому ребенок, по сравнению с другими животными, вынужден рождаться сильно недоношенным и уже после рождения долгое время формироваться в дееспособную особь. Предполагается, что особую роль здесь сыграло прямохождение, которое, собственно, и уменьшило кости таза. Забавно, но, похоже, обезьянам до создания пирамид буквально не хватило одного шага — встать на две ноги.

Беспрецедентное для природы увеличение периода детства до 5-6 лет потребовало усиления заботы о потомстве и усложнения социализации, что замкнуло круг: в искусственно созданной «цивилизованной» среде угроз для подрастающего поколения существует куда как меньше, но и сама среда требует увеличения периода приспособления.

О.А.: Вероятно, именно это обстоятельство (5 лет созревания) и стало причиной вмешательства социума в «материю» человека.

C.О.: Вернемся к языку (кстати, недавно читал, что врожденные языки жестов обезьян и двухгодовалых детей совпадает почти на 70-80% — т.е. они должны понимать друг друга). Да, можно сказать, что человек рождается полиглотом. У него есть врожденная склонность к освоению любого языка и базовые представления о его структуре. Насколько понимаю, все существующие языки сводятся к одним и тем же примитивным частям речи, все языки имеют одинаковый набор грамматических и синтаксических средств и различия находятся только на уровне их применения. Даже вариации фонетики раскладываются на совершенно определенные звуковые примитивы (это как раз понятно, поскольку тут ограничивает физиология строения речевого аппарата). Это уже почти врожденный язык. Но, тем не менее, не совсем язык. Думаю, это не случайность.

Язык общения зашьется в геном только тогда, когда начнет меняться с той же скоростью, как и сам геном. Т.е. все, что может быть выражено языком без изменения структуры мозга, должно будет к этому моменту быть выражено. И, конечно, язык должен быть единым в пределах этого генома. Но и это еще не все. По современным представлениям, фенотип организма (его развитие в процессе жизни) в генотип не попадает. Для того, чтобы такое изменение закрепилось отбором, должен прослеживаться репродуктивный успех. Т.е. носители врожденного языка должны статистически оставлять больше потомства чем те, у которых полезной мутации не случилось.

Тут я готов отступить от Дарвина.
Возможно ли это? Я полагаю, что возможно, но чисто в теории. На практике будет иначе — помешают автопереводчики. Не так давно я уже двигал мысль, что языки скорее всего, вообще исчезнут. Все придет к индивидуальному «праязыку» — умный переводчик будет сопровождать человека от рождения и до смерти, постоянно подстраиваясь под его форму восприятия и коммуницируя с другими (людьми, машинами и т.п.) через внешний интерфейс по каким-то своим протоколам. Конечно, человек без переводчика станет нем и глух. Но он и сейчас на 100% зависим от среды и я не вижу в этом принципиального различия. Кстати, тогда прецедент с Хоккингом станет каким-то частным случаем в общем ряду.

О.А.: Автопереводчики вписываются в тенденцию перекладывания, казалось бы, «чисто человеческих» функций на «механизмы». Цивилизация остается, а роль и статус в ней человека (как минимум) изменяется, и в перспективе может сойти на нет.

Я тоже готов отступить от Дарвина. Если, как было сказано в передаче Швыдкова, — социальное способно вторгаться в природное (т.е., по сути — управлять), можно предположить, что влияние по этому каналу (социо -> био) будет нарастать, понемногу вытесняя естественный отбор. — Генную инженерию едва ли удастся запретить, она нанесет отбору последний сокрушительный удар. Но и без нее процесс уже пошел!

С.О.: Человек как вид существует около 800 тыс. лет. Человек современного типа, судя по всему, появился 70 тыс лет назад. Останется ли человек человеком и дальше? Ну, через миллион/пол миллиона лет, если человек не застабилизирует свой геном, он естественным образом превратится в другой вид. Но человек хотел бы поменять себя сам — улучшить: стать здоровее, сильнее, умнее, выносливее и т.п. Далее можно пофантазировать над вариантами реализации…

О.А.: Не погружаясь глубоко в тему, по совокупности того, что знаю, интуитивно я назвал период возникновения современного человека 70-80 тысяч лет назад. Потом стал искать «маркеры», к которым отнес время приручения животных, — как первый шаг на пути цивилизации. И был удивлен, — домашним животным всего 5-10 тысяч лет от роду, и только собака оказалась древней, 35-тысяч. Вероятно, сам процесс перехода к такому состоянию достаточно длительный. Собака — результат долгой трансформации человека вместе с его диким спутником. Вероятно, интересы этих двух существ какое-то время совпали.

С.О.: »Мы создаем машины. Когда-нибудь создадим механизмы, которым делегируем все свои полномочия. Компьютеры заменят человека в социальном обеспечении человека, и человек, перестав быть необходимым звеном, потихоньку деградирует и исчезнет.» — Мне понравилась эта мысль!

Но, скорее всего, она не верна.

Во время правления Хеопса 4,5 тыс. лет назад, «машинизация» общества уже давно и бесповоротно осуществилась. Существовали все бюрократические машины управления государством — правосудие, армия, экономика, политика, наука, производство и т.д. Были технологии, которые человечество даже умудрилось утратить.

Машины проникают в человеческую деятельность от начала времен. Дом, одежда, еда, орудие производства, средство развлечения — все машины. Само государство — есть машина, созданная никак иначе, а именно как машина.

Человек постоянно и целенаправленно исключает себя из процессов, заменяет себя механизмами, как минимум избавляясь от работы, которую считает тяжелой, рутинной, неинтересной. Из любых систем управления при любой возможности вычищается «человеческий фактор», поскольку человек не считает себя надежным исполнителем. Вычистить оттуда и самого человека — дело и задача ближайшего будущего.

И что в итоге?
Конечно, на временных масштабах существования H. sapiens как вида, фараона Хеопса можно считать современником царя Николая II, а его пирамиду — первой версией Эрмитажа, но уж за тысячи лет непрестанных наблюдений за собой, мы, неверное, должны были заметить пагубное влияние машин — со времен фараонов их поприбавилось более чем. Так нет, вроде бы не видно. С тех времен жить, пожалуй, стало только проще и «веселее». Пожалуй, на деле все происходит с точностью наоборот — новые потребности стимулируют к поиску новых возможностей, которые открывают новые горизонты и порождают новые потребности.

И вообще-то, это закономерно, поскольку среда формирует человека, а человек — среду. От замены элементов контура обратной связи круг не может разомкнуться, какой бы механизм регуляции там не стоял. И все эволюции системы человек-среда будут происходить ровно так же, как это происходит последние 70 тыс. лет.

Человек начнет деградировать только тогда, когда перестанет быть частью процесса и машины замкнуться на машины. Но это может случиться только внезапно, поскольку выпав из круга, человек лишиться среды и даже не сможет сформироваться как человек. Возможен ли такой вариант? Вроде как нет причин: весь комплекс регуляции нацелен и заточен под человека. Но, пожалуй, есть одна возможность — если Регулятор переключится с человека на что-то очень похожее. Настолько похожее, что это можно будет назвать человеком.

Ну, есть еще вариант уничтожения человечества — когда машины по какой-то причине перестанут обеспечивать обратную связь. Это возможно и известно. Собственно, это ничто иное, как техногенная катастрофа — некий фактор риска, который пытаются предсказать и исключить.

Конечно, мы звено какого-то процесса, коль скоро он как-то когда-то начался и в данный момент дошел до нас. Но почему для того, чтобы процесс пошел дальше, нас надо истребить?

Да и вообще, мы против чего дружим? Что должно исчезнуть — человек, клетка, эволюция, жизнь на Земле, сознание? И чем замениться — компьютером, механизмом с триллионом шестеренок, сгустком мыслящих полей?

И главное, почему это должно произойти? Жизнь — сама по себе — весьма сложная химическая машина, миллиарды лет находящаяся в состоянии постоянной отладки. Она использует самые распространенные химические элементы во Вселенной, самые тонкие законы физики, она занимает целую планету и питается энергией целой звезды — она уже имеет космологический размах. Мы же почему-то думаем, что можем легко переплюнуть ее в конструировании машин, тем самым перечеркнув ее достижения. То, что мы сейчас создаем — пыль, небольшая надстройка для развлечения разума и удовлетворения тела.

Почему бы жизни на Земле не остаться жизнью? А человек, как звено, со временем эволюционирует во что-то другое. Возможно, этим процессом можно научиться управлять.

Наша ситуация скорее похожа на то, как взявшая в руку палку и внезапно прозревшая обезьяна, начала паниковать что превращается в человека и палка ее убьет.

В своих предположениях, я не посягаю на природу, — она останется. Но появится новая сущность («интеллектуальная»), с ней не связанная

PS: Перечитал и подумал — не о том пишу. Не за жизнь надо беспокоится, а за угрозу потери разума.

О.А.: Природа остается, но хочу предположить возникновение новой сущности («интеллектуальной»), совсем оторвавшейся от природы, с ней не связанной. Но не очень понятно, какое место найдет себе (или уже нашло?) «виртуальное» без материи? И что станет с материей, которую покинет интеллект?

Согласно определенным воззрениям, интеллект — это свойство, потому, потерять его трудно. При этом, некоторые формы культуры (литература, например) настолько безразличны к воспроизводящей материи, что возникает предположение, что в них самостоятельная сущность. Я готов допустить, что это так. Но то, что не оставляет материальных следов, для нас не существует. — Таковы основы научного мировоззрения. Следовательно, интеллекта без материи для науки быть не может (нет способа его наблюдать). Но это справедливо только для науки. Религия, литература таким интеллектом «вне материи» могут заниматься.

Есть еще один вопрос, — как проявляется то, что мы называем интеллектом? Представляю Инопланетянина, пытающегося понять, — есть ли на Земле разумные существа? Даже если не слушать радио, не читать книги, не смотреть телепередачи, вероятно, все-таки можно понять, что разум здесь присутствует, — по его материальным проявлениям. Мы этого не замечаем, но вся наша жизнь противоречит простым законам физики. Движение автомобиля, например, (или даже червяка) игнорирует законы движения Ньютона. (Вписывается в оговорку «если не действуют силы». А «действующих сил» так много, что их не локализовать, и найти причину движения [автомобиля] совсем сложно. Например, причина может быть такая: встреча с мистером Х. — Физика, даже от такого простого случая бесконечно далека.

Посмотрев на ту же Землю 100 тысяч лет назад, наблюдая только земную природу (без человека), Инопланетянин и тогда бы обнаружил присутствие интеллекта, — вся живая природа сбалансирована, далека от физики, и ведет себя очень разумно. — Сложность биообъектов и биосистем до сих пор еще превышает сложность творений человеческих.

Автор: Ханов Олег Алексеевич | слов 2186


Добавить комментарий