Кругосветное плавание фрегата «Паллада» (ноябрь 2019 – май 2020). Часть 2. Апиа – Папеэте

 

2.1. Апиа, дом-музей Роберта Льюиса Стивенсона

Роберт Льюис Стивенсон

08.12.2019. Вчера отправил друзьям все эти свои заметки о рейсе. Пока с боцманом фок-мачты Володей Гонцалёвым (у него, кстати – третье кругосветное плавание) бродили по жаре, то после приобретения местной сим-карты, время от времени пытался позвонить по воцапу. Никакого результата. Для начала оказалось, что, вообще-то, надо включить в телефоне передачу данных. Эту самую передачу, я как-то забыл отключить в Японии. Хорошо, что успел заметить неожиданную активность телефона – напринимал интернета после включения на не хилую сумму. Так что, теперь бдительность с этой техникой – наше всё!

Но, тут-то, симка местная и оплаченная. Поэтому запустил эту самую передачу, и вроде бы, телефон начал функционировать. Звонки идут, но никто не отвечает. Ни Маша, ни Миша. Любашка, однозначно, с утра в бассейне и её телефон на обеззвучке. То что время у них на 4 часа отстаёт – как бы, не учёл. И то, что был выходной, когда семейство спит – как бы, тоже осталось для меня за кадром. Сомнения мои по поводу – а, есть ли интернет на телефоне – развеял боцман Вова. Нажал кнопку яндекса и тот выдал свою рекламу и прочее. Работает.

Наконец, пока мы в Маке гасили пожар внутри кока-колой со льдом, неожиданно пришло сообщение от давней приятельницы З.В., с извинениями, что на кухне не услышала звонок. Так что, связь из Тихого океана была проверена. Уже, чуть позднее увидел и Семёна. Как оказалось, семейство на выходные уехало в Посьет на турбазу и там обитает. Что уж, там делать в такую погоду – большой вопрос. По информации – холод собачий. Для Приморья зимой минус 15 – что для москвичей, минус сорок. Впрочем, залив Посьета – самый юг Приморья – там свой микроклимат. И, молодцы, что не засиживаются дома.

09.12.2019. Утром отправился в музей Роберта Льюиса Стивенсона. Вначале собирались пойти небольшой группой, но зашла речь, что надо подождать нескольких курсантов, и я сразу эту идею отверг. Слишком большой опыт в этом плане. Заодно, надо сплавить местные деньги – завтра их тратить уже будет некогда. Но, это оказалось не так просто, как я предполагал. В центре есть несколько больших супермаркетов, которые из-за выходных два дня не работали. Но убедился, что ничего привлекательного для меня в них нет. Даже, сувениров с местной символикой. Голимый Китай. Рядом рыночные ряды, на которых – всё, то же. Чисто, улица Спортивная во Владивостоке (это там, на месте стадиона ТОФ крупнейшая китайская барахолка).

Оценил небольшой рыбный рынок. Здесь сразу с причала выгружают морские уловы – и, на продажу. Весьма чисто и нет характерного запаха. Но на столах не так много улова. Лобстеры (но не очень крупные), Всякая рыба помельче и тунцы – не особо крупные.

Прошёлся вдоль китайского ширпотреба на прочих прилавках – ничего, задевшего глаз. Но, ходишь, как под прицелом многих глаз, глядящих на тебя с какой-то тоской: «Чего, мужик, шаришься? Купил бы что-нибудь!» – «Да я бы, с радостью, но у нас своего Китая сверх меры».

Отправился вдоль берега по некой дамбе, укрепляющей его от волн. Я уже упоминал, что это сооружение, в виде бесконечного крылечка из трёх ступеней, опоясывает всю береговую линию. Нельзя сказать, что надёжное, так как в некоторых местах верхняя часть сужается до полуметра. А со стороны моря её подпирают валуны и камни, явно вулканического происхождения. Идти, несмотря на жару, довольно приятно – ветерок с моря компенсирует.

Слева всё та же дорога – ведёт куда-то. Рано или поздно обошёл какое-то антенное, явно космическое, хозяйство, судя по диаметрам этих тарелок. Прошёл мимо каких-то длинных узких гребных лодок, лежащих на берегу. Какие-то строения возле них – прокат, что ли? Но, никого не видно. Цель была – дойти до стоянки такси около какого-то здания. Но, тут, из тени дерева, махнул рукой, прятавшийся там таксист. Я с ним поговорил о том о сём (почти, на самоанском: привет и спасибо!). – Далеко ли, до музея Стивенсона? Таксист подтвердил, что не близко и пешком очень долго. Спросил стоимость. Всего 10 талов (5 баксов). Да, нет проблем – поехали. А, то, ведь, ещё вначале моего похода, какой-то крендель запросил сотню. Я, хотя и не силён торговаться, но просёк явный развод и послал того…

Действительно, не близко. Приехали к усадьбе. Ландшафт вокруг, конечно, в английском стиле: всё подстрижено, выровнено. Красивые аллеи, ровные заросли разных плодов: папайя, бананы, кокосы естественно и т.д.

Музей-усадьба Роберта Льюиса Стивенсона.
Аллея Стивенсона

Пока таксист меня поджидал, я заплатил за вход 20 талов (10 $). Перед входом разулись и наша группа в количестве 4-х человек (англичане, что-ли?) в сопровождении экскурсовода вошла вовнутрь.

Поклонник творчества Р.Л. Стивенсона (с детских лет) на веранде его дома в Апиа
и та самая веранда

Обычный колонизаторский дом того времени (по меркам наших коттеджей – очень скромная двухэтажная хибарка), но просторный внутри, с широкими открытыми окнами и несколькими комнатами на каждом этаже. Столовая, очень скромный рабочий кабинет. Много фотографий на стенах, застеленные кровати, две швейных машинки типа Зингера (наверняка, работающие) – всё то, что, я когда-то видел на Таити в доме-музее Джеймса Нормана Холла – автора романа «Бунт на «Баунти».

Швейная машинка «Зингер» и самодельно пошитое платье супруги писателя

Библиотека Стивенсона (над книжными полками кованые ножи «кукри»)
и интерьер кабинета Р. Стивенсона. Писатель любил оружие

Понять речь экскурсоводши – нереально. Английский – их второй официальный язык и на нём преимущественно, все общаются (один только я – на самоанском…).

В библиотеке Стивенсона увидел несколько книг на русском: всё тот же «Остров сокровищ», сборник и тот самый «Клуб самоубийц» про принца Флоризеля из страны Бакардии (Олег Даль – великолепен в этом фильме), о котором я уже упоминал (а то все зациклены на «Острове», и то, только потому, что в детстве видели мультфильм).

В доме-музее писателя есть книги и на русском языке…

Аборигены с Паллады (подшкипер, 4-й механик и старпом) во дворе усадьбы Стивенсона.
Направляются к его могиле на вершину горы, рядом с поместьем.
Из двух пешеходных дорог по указателю выбрали кратчайшую (800 м).
Она оказалась почти вертикальной? и самонадеянные альпинисты весьма, впоследствии пожалели…
Вторая дорога по серпантину, пологая, но длиной 2,5 км

Потихоньку, я откололся от группы и ушёл, удачно купив пляжную сумку с названием «Самоа» в небольшом сувенирном киоске. Больше, кроме открыток и каких-то невнятных деревяшек, ничего там интересного не увидел. Таксист подвёз к порту. По пути остановились у супермаркета – затарился пакетами с соком. Купил ещё какой-то сувенир – просто, чтобы избавиться от местных денег.

И остаток дня провёл на море. Прошёл чуть дальше по дамбе до бетонного спуска к воде. Оказалось очень хорошее место. Сразу глубина почти по пояс (правда, и дальше, всё такая же). Дно ровное, без камней, ежей, кораллов и т.п. И вода, чуть прохладнее, чем ранее. Но, не на много. Небо слегка затянуло облаками – жары нет. Увидел, как появились три лодки (те, самые – длинные узкие). В них по одному человеку. И направились они прямо к рифу, через который постоянно перекатываются волны. Две прошли рядом с этим накатом, а один – прямо в него. Думал – опрокинется, но, ничего подобного. Уметь надо…

2.2. Курс на Папеэте (Таити)

Вот так выглядит наш путь от Самоа к Вальпараисо через Таити

10.12.2019. Распрощались с приятным государством Самоа и их столицей Апиа – городом с населением в 37 тысяч человек. Живут за счёт экспорта бананов и ещё каких-то фруктов. Промышленности нет. Но, строительство гостиниц, молов и прочего подобного ведётся весьма активно. Дороги отличного качества (Родина! Ау!…). В порту напротив нас – контейнеры-рефрижераторы подключены к электророзеткам, и таких – много. Перегрузочная площадка. Обычных 20-ти футовых контейнеров побольше, чем в нашем Первомайском порту. По носу перед бушпритом за эти три дня сменили друг друга два крупных контейнеровоза. Выгрузка – погрузка контейнеров круглые сутки. Значит, это кому-то нужно. Республика, хотя и банановая, но себе на уме.

Снялись со швартовов под лёгкую морось – небо затянуто. Курс на Таити. Приняли троих пассажиров-тренизов, специально, прилетевших в Апиа. Подняли косые по схеме 3-2-2-1. Т.е. все стакселя, включая и брам-стаксели, кливер, мидель-кливер и контр-бизань. На корму, для подъёма контр-бизани (гафельный парус над квартердеком) – я уже не хожу. Новый боцман Максим Пивоваров отлично справляется. В том числе, и с выносом гика под соответствующий ветер. Весит гик две тонны, и, конечно, при работе с ним надо соблюдать аккуратность.

Предпочитаю находиться на баке с командой фок-мачты. Постепенно, здесь народ освоился, и уже не тупит, как в начале рейса. В большой степени, благодаря подвижности боцмана Володи Гонцалёва (тоже, ветеран «Паллады», уже, прошедший две кругосветки на «Палладе» 12 лет назад, и на «Седове» – под командованием Николая Кузьмича не столь давно). Так что, молодёжи есть на кого равняться. Моё требование к фоковской команде при подъёме и постановке парусов – по два паруса одновременно. Или прямых, или косых. В этот раз – чтобы поднимали все косые одновременно. Всё получилось, и даже мне понравилось, как три косых паруса на бушприте одновременно пошли вверх по штагам. Могут (если рявкнуть…).

Прошли мимо острова Восточный Самоа и легли на надлежащий курс. Координаты: 13°56′S, 169°37′W. Ход 6 узлов, курс 101, косые паруса и один двигатель. Капитан подвёл итоги первого перехода: получилось примерно по одной трети – паруса, двигатель и совместно. Вполне приличный показатель для условий начала пути. Ветер, не особо, к нам благоволил, но, тем не менее, паруса использовались весьма активно. По опыту капитана Николая Кузьмича Зорченко, совершающего своё пятое кругосветное плавание – ветер при подобном переходе в сторону Южной Америки будет всё более полным, т.е. попутным.

Рекламные паруса высушили и укатали так, чтобы не сильно мять логотипы спонсоров. Поместили на хранение в парусной шахте, хотя я предпочитаю, чтобы она была постоянно свободна для работы с хранящимися парусами. Надо отремонтировать несколько парусов, но никак не представляю, как это сделать на швейной машине. Порывы в середине паруса и затолкать его в проём вылета – просто нереально. Да, и подъём лапки, всего лишь, на 5 мм – никак, не для работы с парусами. Придётся, что-то, изображать вручную.

11.12.2019. После смещения от экватора к югу (сейчас почти 850 миль) – погода изменилась. Если в северном полушарии шли с солнцем, кучевыми тучками, постоянно наблюдали звёзды и т.п., то сейчас – это постоянная пелена на небе и морось, время от времени. Утром, под мрачной тучкой, пролился дождь. Такое впечатление, что шёл он через сито под напором: мелкий и частый. В родных пенатах такого не бывает. Но, зато и длительность его не более 10-ти минут.

Поставили марселя, контр-бизань и фок с гротом. Ветер неустойчивый – вроде бы, галфвинд, но, то отходит, то становится круче. Впрочем, 4,5 узла обеспечивает. Для этого перехода вполне подходящая скорость.

Зубной доктор Борис перехватил меня в тамбуре надстройки: «Коля, давай посмотрю, как там зуб себя ведёт?» – Он и в тот раз, когда, что-то там ковырял, упомянул: «Ну, мы попозже проверим, подсверлим, подмажем, подпломбируем…» Я как-то не придал значения – времени ещё много, да и с зубом всё красиво. Но, оказывается, Борис Нормаевич уже закончил первый этап с боцманом бизани (с моей помощью отловил Максима), дал тому перерыв и искал следующую жертву. А тут, и попрыгунчик – туда сюда, по трапу мимо кабинета в тамбуре – старший боцман. «Давай-давай, мы его зацементируем и отполируем…»

Ага! Я, вроде бы, согласился, но Боря упустил момент – надо было сразу, а не планировать на утро. А, утром, дела, план и т.п. Для очистки совести, пробегая мимо – заглянул, но не застал. И решил – когда-нибудь, потом. (Поделился с Васей – тот поддержал: не наживай проблем на ровном месте – мало ли, что…). Не сомневаюсь, что Борис Нормаевич – великолепный специалист. Но, лучше уж, по факту.

За стоянку, я как-то забыл про воющий насос под каютой. Но, он напомнил о себе не просто диким воем, а ещё с какими-то пируэтами. Посмотрел на оба насоса в токарке – один не слышен. А другой – со скрежетом, визгом и т.п. Через что передается звук – не очень понятно. Амортизаторов, даже самых примитивных, на станине нет – ни под насосом, ни под электродвигателем. Вообще-то, такого, по определению не должно быть. Амортизаторы всегда устанавливаются на подобных агрегатах, если уж, не для звукоизоляции, то, хотя бы, для смягчения неизбежной вибрации. Вырезал из куска резины несколько шайб, просечкой – отверстия. Отдал 4-му механику – под опоры.

Через какое-то время визг прекратился. Ну, – думаю, – молодец Коля! (4-й механик в прошлом рейсе был в палубной команде, на преддипломной практике). Заглянул в токарку, посмотреть – как всё удалось. Но гидравлической части насоса на месте нет. Оказывается, сняли, разобрали и увидели, что собран в ремонте абы как, без зазоров, крылатка задевает корпус, что-то там ещё, наперекосяк и т.д. Памятник безрукому Первомайскому СРЗ и спонсорским миллионам. Вовремя спохватились из-за моих притязаний – остались бы, рано или поздно, с одним гидрофором (эти насосы обеспечивают пресной водой всё судно: камбуз, санузлы, каюты и т.п).

Почти весь день в парусной – мелкий ремонт флагов, вымпелов и изготовление новых. На палубе – ремонт отдельных дыр и потёртостей на косых парусах. Озадачил штатную команду, выдал инструмент. Отдельная дыра на верхнем фор-марсееле. Это от обстенивания паруса. Он под реем при встречном ветре задевает крепёж роликов мантыля шкота и этого достаточно, чтобы образовался порыв. Почему-то, именно верхние марселя на фоке подвержены этому зацепу. На парусе, который работал раньше и сейчас в запасе – точно такие порывы. На нижних – не замечено.

12.12.2019. Координаты: 14°14′S, 167°37′W
Наконец-то небо прояснилось. А, то, я уже подумал, что эта полинезийская широта постоянно в хмурости. Влажность ощущается, но нет такой духоты, которая нас преследовала на подходе к экватору. Ветер от хода судна даже навевает некую прохладу. По правому борту завис Южный Крест с Центавром под ним. Луна утром настолько яркая, что множество звёзд не видно именно из-за неё. Она по левому борту по корме и почти в зените. Полнолуние. Координаты: 14°44′S, 165°43′W

На борту обычная работа: меняли шкоты и галсы фока, топенант на верхнем рее грот-мачты и множество мелочей по плану, который на каждый месяц, я вывешиваю в нашем салоне. В нём предусмотрен осмотр и обслуживание всех снастей, их точек крепления, а также, трапов и их подъёмно-спусковых устройств. Обслуживание парадных трапов я ввёл отдельным пунктом после того, как несколько лет назад (ещё перед предыдущим ремонтом) оборвалось крепление левого трапа в каком-то порту. Хорошо, что было это в обеденный перерыв, посетителей не было, и трап был приподнят. Неожиданно (а, когда, такое бывает ожиданным?) оборвалось и упало на трап коромысло, закрепленное к блоку лебёдки. Трап с грохотом ударился о причал – благо высота была небольшая. Но, если бы, кто оказался под коромыслом, держащим трап на грузовых шкентелях – последствия непредсказуемы.

Оказалось, что лопнул болт вертлюжного исполнения, крепящий коромысло к блоку. Диаметр его всего 10 мм, а держит он вес трапа при подъёме-спуске. Но, не всегда его нагрузка ограничивается только этим самым подъёмом-спуском парадного трапа. Весьма часто, при стоянках, приходится оставлять его подвешенным на коромысле из-за приливов-отливов, влияния волны и качки судна у причала. Знакопеременные нагрузки на штырь болта делают свой черное дело.

В тот раз заменили крепление на два обуха: приварили один на коромысле, второй на блоке и соединили надёжной такелажной скобой. Никакие нагрузки не страшны. Но при ремонте трапа всё в той же Первомайке, в предыдущий ремонт, регистр забраковал эту нашу техническую мысль. Потребовал от заводчан выполнить крепёж коромысла точно по чертежу, с тем самым вертлюжным болтом. На мои попытки, отстоять наше крепление, как более надёжное, представитель регистра ответил, что отклонения от чертежа недопустимы. А, если, вы уж, так обеспокоены этим крепящим узлом, то обязаны проводить его регулярные осмотры, полную разборку, смазку и т.д. Тем более что это крепление находится в зоне воздействия морской волны, т.е. возможна повышенная коррозия. И, безусловно, он совершенно прав. Пришлось придушить обоих боцманов (грота и бизани), в чьём заведовании находятся трапы правого и левого борта. С тех пор такие проверки постоянно в нашем плане.

Но это всего лишь один пример, во что может вылиться «замыленный» взгляд на, казалось бы, простые вещи. А, подобного, на нашем фрегате – не меряно. Все крепёжные детали страховочных лееров, пертов, подпертов, шпрингель-вант-пертов и т.п. требуют постоянного внимания. Упомянул об этом случае и подумал, что надо на сегодняшней планёрке, ещё раз настучать боцманам по башке, чтобы тоже, помнили… Вот так и живём.

13.12.2019. Что-то, я поспешил с выводом о погоде в южном полушарии. Всё, то же, самое, что и в северном. Недолго продержалась облачность с моросью, развеялись облака и запекло так, что спасение только в тени. Ветер позволил на некоторое время поставить прямые паруса, но толку мало. Переключились на мотор. Координаты: 15°06′S, 163°50′W. Экономход около 3-х узлов. Курс 103°. Утром показал Васе (Ковалю) Южный Крест. А, Вася рассказал, что проверил наше нахождение в южном полушарии: при сливе воды из раковины – вода вращается против часовой стрелки. Я, тут же проверил это дело в каютной раковине. С 4-й попытки убедился, что, действительно, вода вращается против часовой стрелки (а, вдруг, это открытие – нобелевского масштаба?).

Более реальное открытие сделал капитан Николай Кузьмич. Вместо своей ежедневной пробежки по палубе, он поднялся к топу бизань-мачты. По пути проверил разные элементы рангоута и такелажа мачты. Обнаружил, что борг (это отрезок цепи небольшого калибра, держащий бейфут бом-брам-рея за мачту) – со слабиной. Т.е. нагрузка не на нём, а на топенантах. И бейфут на своём шкворне лежит на нижнем опорном бугеле. Шкворень – это стальной палец с гайкой, проходящий через два бугеля на бом-брам-стеньге, фиксирующий бейфут рея и позволяющий ему вращаться относительно своей оси.

В общем-то, особых страстей нет: слабина на борге вызвана положением рея на крутом бейдевинде, когда нагрузка переходит на подветренный топенант. Но сам борг вызвал подозрение – из двух участков цепи по полметра, соединенных такелажной скобой. При этом не очень хороша скоба, крепящая борг с обухом бейфута (какая-то убитая). Естественно, я всё это изучил и вспомнил, что заводские наёмные верхолазы не смогли отдать борг при демонтаже рея. Срезали его болгаркой и потеряли. Это мне, пришлось восстанавливать длину из двух найденных обрывков цепи, которую и установили при монтаже рея. А, поскольку, точной длины борга не было, то они и установили его на ту длину, что я сделал. То-то же, меня ещё раньше насторожило, что ползун бейфута на мачте, как бы, ниже своего раннего положения.

Бейфут-рея крепится шкворнем к ползуну, скользящему вдоль бом-брам-стеньги по Т-образному рельсу. И так, на всех мачтах. Видимо, когда-то было задумано при помощи ползуна стравливать бом-брам-реи к фланцу стеньги. Наверное, для снижения центра тяжести. Но, за всё время – ни разу это не использовалось. А мороки, как при демонтаже реёв – добавилось.

Это, нечто, сродни системе блоков на фока-рее упс «Мир» для отапливания его ноков. Отопить рей – означает наклонить его в уровень с горизонтом при крене судна с ходом под парусами. По замыслу, должно способствовать более эффективной работе фока, когда он расположен более ровно по отношению к горизонту на крене. Но, когда на «Мире» опробовали эту систему, то убедились, что отопленный фока-рей очень быстро выведет из строя опорные бугели и здоровенному шкворню, тоже не поздоровится. И, навсегда, отказались от этой затеи. Только блоки и висят со своими лопарями вдоль колонны фок-мачты, как некое украшение.

Теперь, я думаю, что изменение положения ползуна на стеньге привело к нашим проблемам с длиной топенантов брам-рея, которые никак не хотели соответствовать своему месту. Смысл в том, что топенанты всех реёв расположены, как бы ёлочкой: закрепленные под бейфутами выше расположенных реёв – держат ноки нижележащих. Достаточно было на бизани изменить положение ползуна несколько ниже, чем было – это потянуло за собой цепочку проблем с длиной топенантов. Бом-брам-рей на бизани стал ниже около 15 см по стеньге, и, сразу топенанты брам-рея получили излишнюю свободу, которую не удалось компенсировать регулировкой талрепов. К счастью все остальные бейфуты имеют фиксированное положение на мачтах. На гроте и фоке – борги сохранились, хотя и там хватило своих проблем. Нигде, на чертежах, длину боргов не нашёл. Понятно, что ползун должен располагаться у верхней части своего направляющего рельса.

Решил добавить к боргу надёжный талреп и им поднять бейфут в ползуне, чтобы снять нагрузку с нижнего опорного бугеля. Борг, в результате укоротится до нескольких звеньев, но это нормально. Обрасопили оба верхних рея на фордевинд для точного замера длины новых топенантов. Согласовал с капитаном – получил одобрение. Николай Кузьмич, сам отличный спортсмен, периодически осматривает каждую мачту. В период подготовки к демонтажу реёв мы с ним изрядно прошлись по всем мачтам с целью дефектовки. И, сейчас, он не оставляет без своего внимания весь рангоут.

С капитаном «Паллады» Н.К. Зорченко при осмотре крюйс-бом-брам-стеньги перед ремонтом.
«Паллада» стоит рядом с мостом через бухту Золотой Рог – видны: и бухта, и часть моста.
Также виден борг (цепь), держащий бейфут бом-брам-рея,
на котором стоит Николай Кузьмич

14.12.2019. 5°30′S, 162°02′W. Пасмурно, ветер встречный, паруса на гитовых и горденях, косые убраны. Ход 3,4 узла. Волна, хотя и небольшая, но встречная – не даёт разогнаться. Но и спешить – нет необходимости. Переход до Таити спланирован на скорость около 4-х узлов.

Палубный народ работает по планам боцманов (и моим, согласно регламентного расписания). На начало каждого месяца вывешиваю в нашем салоне выписку из годового плана регламентных работ с парусным вооружением. В нём предусмотрены все снасти такелажа и элементы рангоута. Дело боцманов мачт – инструктаж по этому регламенту. В море, как правило, почти всё выполняется, в отличие от стоянок, на которых заниматься этими работами просто некому – лишь бы, обеспечить вахту у трапа.

Но, и здесь – план висит, глаз замыливается, внимание распыляется на бесконечные указания по наведению красоты – не до серой будничной работы по осмотру и приведению в порядок множества точек крепления, тросов и т.п. Сам я, считаю эту повседневную работу со снастями гораздо важнее, чем лакировку планширей и начищение медяшек. И каждое утро на планёрках пинаю боцманов, чтобы не забывали. Любой недосмотр ведёт к потенциальной опасности. Незаконтренная скоба, прилетающая с высоты в 30-40 метров – то же самое, что заблудившийся астероид для Земли. Слишком много кинетической энергии.

Бизань занята заменой топенантов брам-рея (всё из-за тех же проблем с боргом и бейфутом). Плетут огоны на новом тросе. Радует то, что освоил это дело подшкипер Сергей – есть на кого положиться. И у Максима тоже уже почти получается. Все остальные, пока, только ассистенты. Обрасопились на фордевинд, что-то делают со старыми топенантами до их замены и преисполнены непонятного мне оптимизма. Борг, якобы, надраился, т.е. держит рей, а его бейфут в ползуне поднялся до верхнего бугеля. Пока не заменят топенанты, радоваться рано.

Я же, весь день в парусной, был Дуней-тонкопряхой. Шил по заказу чехлы из тонкого нежного материала. Эти вещи надо бы делать на обычной бытовой машинке. К тому же, надо кроить, вырезать, подгонять и т.д. Хорошо, что куичевская машина не зажёвывает ткань, как две моих другие, хотя и пытается. Так что, со скрипом, но получается. Будем считать, что это тренировка по специальности.

Сегодня у меня день памяти моей бабушки Ефросиньи Егоровны. Уже 55 лет, как её не стало, да, и я скоро сравняюсь с ней по возрасту. Но, навсегда она осталась в памяти. Всегда была светлым добрым человеком. А, что ещё надо пионеру послевоенных лет, кроме доброты? Всего остального не было вообще, или, микроскопически мало. Надеюсь, что нашему Сёмочке повезло с его двумя бабушками, и он будет их любить, как и сейчас, и помнить всю свою предстоящую большую жизнь.

15.12.2019. 15°12′S, 160°53′W. Курс 82, ход 3,8, один главный двигатель. Ветра нет, но накат волны сильный – валяет с борта на борт ощутимо. Паруса укатаны. Действие правильное – лучше поберечь. И так, постоянно выдаю иголки с нитками, гардаманы, шилья и заплатки – на мачтах сами производят ремонт мелких повреждений. В основном на косых парусах, которые в безветрие или на полных курсах колотятся о штаги.

Прямые укатали. Днями ранее, распределил по мачтам использование тренажера по укатке парусов. Фок и бизань провели первые тренировки и эффект налицо. На грот-мачте тупили на реях от души. Особенно, на грота-рее. То ли не умеют, то ли не хотят. Думаю, что опытный боцман грота сумеет добиться. Пока, ещё не так часто укатываем прямые паруса – в основном, несём на гитовых и горденях, если нет ветра. Наверное, надо ввести это в практику.

Весь день у меня ушёл на изготовление чехлов для стульев в капитанской каюте. От времени покрытие их протерлось и опытному глазу бросается в глаза. Замена на новые – не моего ума дело, но по интерьеру и обстановке в главной каюте – судят о судне в целом. Мог бы, универ, и раскошелиться. Понятно, что было не до этих мелочей в предотходной подготовке. Но теперь как-то надо прикрыть потёртые места. Подходящего материала нет, да и любым – не заменить настоящего покрытия. Поэтому решили, с дублёром капитана, надеть чехлы на спинки стульев – вроде, как так и задумано. Чехлы – изготовить из рекламных фестивальных обвесов, которыми были увешаны причалы в Циндао.

Материал – тончайшая синтетика. На промышленной швейной машине, которой является «Минерва», работать с ним – одно мучение. Надо постоянно держать материю внатяг. Иначе, её мгновенно зажёвывает челнок. Да, и игла 150-го размера для этой тряпочки – вроде, как лом сквозь парашютную ткань. Ставить другую иголку, меньшего калибра – себе дороже: надо перенастраивать зацеп. Бесконечное выкраивание, подворачивание, точность швов – поэтому и Дуня-тонкопряха. Вроде бы, и небольшой объём, но кропотливой работы много. Да, к тому же, на обвесах есть стилизованные рисунки, которые надо состыковать.

Помимо всех дел, готовимся к возможной проверке французским регистром. Всё должно соответствовать международным конвенциям. И всё надо предусмотреть: от знания, как пользоваться противопожарным постом – до пуска автономного дизель-генератора. А, уж такие вещи как спуск дежурной шлюпки – вообще, на автомате. Но, из штатного экипажа в палубной команде вместе со мной всего лишь два боцмана и подшкипер. Все остальные – временные, и кроме двоих – те же, самые курсанты на должностях матросов. Некоторые впервые узнали о существовании АДГ, а, уж, где он находится – тайна сия велика есть. Не говоря, уж, о пуске и т.п.

16.12.2019. 15°25′S, 159°22′W. Двигатель, 4,8 узла, ветер в лоб, сильный. Волна встречная. Пасмурно, временами короткий резкий дождь. Когда погода улучшается, видно, как из-под мощных туч идёт пелена дождя. От нас это похоже на ножку гигантского гриба, на которой плоская шляпка – это сама туча. Временами судно на своём курсе попадает в эту душевую. Часто сопровождается шквальным ветром и если стоят паруса, зевать не приходится. Уваливаться и противостоять шквалу почти бесполезно. Продолжительность шквальных порывов не более 10-ти минут. Убрать паруса за это время нереально – только объявление аврала займёт почти столько же времени. Остаётся надеяться, что паруса выдержат. Но, уже мы заменили брамсель на грот-мачте и на ходу ремонтировали не менее трёх косых. Ветер под такой дождевой тучкой может менять направление на полный оборот. Обстенивание прямых и хлопание косыми о штаги, и приводят к порывам.

Вчера утро начиналось также – пасмурное и хмурое. Но, к середине дня всё просветлело, пробилось солнце, а с ним и палубная духота с влажностью. Выйдя из тамбура надстройки на палубу, сразу окунаешься в подобие турецкой бани. Это не влияет на все наши палубные дела – обивку, покраску, уход за палубой и т.п. На бизани изготовили два топенанта для крюйс-брам-рея. Левый подняли и установили. На старом топенанте вообще не было талрепа – слишком длинный. И оба проведены не от нока рея, а от внутреннего обуха. По фотографиям обратил внимание, что подобная установка топенантов только на польском «Даре Млодзежи» и на «Палладе». Кто, у кого, перенял, и с какой целью – сейчас не установишь. Но, по чертежу топенанты должны идти от ноков, как на «Надежде», «Мире» и «Херсонесе».

Пока, до этой работы, поменяли только на фока-рее. Не уверен, надо ли на других реях, где длина хорошо регулируется талрепами, менять топенанты.

На планёрке после обеденного перерыва пришлось весьма резко высказаться по поводу лёгкого отношения к моему указанию по подготовке к возможной проверке иноземцами. Дело пустяковое – бизань выполнила, грот затупил. По принципу: – тебе мужик, надо, ты и делай. Но, я предупреждал – не тычьте бамбуковой палкой в спящего тигра. И, разъяснил, что не надо так поступать. После, опередили скорость звука. Ну, что же, девиз кота Леопольда – «Давайте жить дружно!» – никто не отменял.

Из-за неустойчивой погоды никак не спланируем остановку для дрейфа с целью приведения бортов в порядок. В общем-то, они выглядят неплохо, но следы от буксиров имеют место. До порта Папаэте (Таити) осталось меньше недели.

17.12.2019. 15°40′S, 157°31′W. Всё так же, под двигателем и по встречной волне. На небе половинка от Луны, но света от неё на палубе, как днём. Облачность только местами и хорошо видны те немногие созвездия, которые я знаю. Южный Крест на месте со своим неразлучным Центавром под ним. По направлению большой диагонали, указывающей на положение Южного полюса, отчётливо видны крылья небольшого созвездия Мухи. Эти звездульки, совсем небольшой навигационной величины. По левую сторону от Креста раскиданы малопонятные созвездия – Киль, Корма, Паруса и Компас. Они, тоже не сильно яркие, раскиданы на полнеба и сложить воедино в рисунок созвездия весьма проблематично.

Направления «лево-право» – в моих наблюдениях весьма относительны: влево, это как бы к востоку, а – право – к западу. Точка отсчета – Южный полюс и Южный Крест. Если смотреть вправо, то после Большого Пса с Сириусом, по корме судна виден лежащий на боку Орион над горизонтом. С правого нашего борта вообще, ничего не разглядеть – Луна не даёт. Где-то здесь над горизонтом, вдоль него, ручка ковша Большой Медведицы. Полярная – где-то, на линии горизонта или уже под ней.

Все эти мои астрономические наблюдения – во время короткой пробежки по палубе в пять утра, совершенно, не претендуют на что-либо дельное в этом плане. Может быть, внук Сеня, когда-то прочтёт, и, вдруг, в нём проявится интерес к звёздному небу.

Как и днями ранее, погода к обеду установилась, тучки стали реже. Но, ветер всё так же, встречный – паруса бесполезны. Или уваливаться, чуть ли, не в обратную сторону. Идти в лавировку нет смысла – выигрыш по надлежащему курсу незначительный. На палубе стук молотков – обивают старую краску на ватервейсах и палубных талрепах. В парусной переложил некоторые паруса для лучшего к ним доступа. На следующем длинном переходе (месяц до Чили) в намерениях – ремонт, не окончательно убитых парусов.

18.12.2019. 16°11′S, 154°31′W. Пасмурное утро, морось, на небе никаких просветов. Подняты косые 2-1-1. Главные двигатели – ход 8,3 узла. Всё потому, что идём лагом к волне курсом 104. Вчера еле ползли против неё. Но, зато, бортовая качка непривычно резкая, хотя и с небольшой амплитудой. До Таити осталось около 300 миль.

Прошедший день отмечен большим парусным авралом с постановкой и подъёмом всех 26-ти парусов. Ветер 12-14 м/с, волна, барашки гуляют вовсю. Бейдевинд левого галса. На фоке одновременно ставили по два прямых и только бом-брамселю пары не досталось. То же самое и с косыми. Пионеры радуются и гордятся, что фок в этом плане круче всех. Дольше всех копошился грот, но там традиционно всё без спешки.

Набрали ход с лихим таким креном и через какое-то время, меня вызвали на мост. Посмотрел на дисплей: 9 узлов и продолжает расти. Для бейдевинда вполне прилично. Но звали не за этим. На левом борту повис бом-брам-фордун грот-мачты. Что-то, где-то оборвалось. Из-за подобных обрывов топовых фордунов (так коротко называют бом-брам фордуны – снасть стоячего такелажа от топа мачты к ватервейсу) в своё время (10 лет назад) ломались мачты и здесь на «Палладе», и на «Надежде» (год назад), и ещё раньше на «Крузенштерне» и «Погории». Только этого нам, снова, и не хватало.

Дал совет мостику держать круче, чтобы ослабить давление на мачту и побежал к месту крепления фордуна на левом борту. Но, трос оказался вполне целым, а, лопнула вилка палубного талрепа из-за износа металла её проушин. Гротовский народ, уже прибежал с толстой веревкой, чтобы закрепить болтающийся фордун. Мысль хорошая, но не эффективная. Набить этот трос таким способом нереально. Боцману бизани дал команду принести конструкцию нового борга для их бом-брам-рея, которая в сборе хранилась до начала этой замены.

Мощный талреп с цепью и скобами пришёлся прямо впору. Закрепили на обухе ватервейса и за наконечник фордуна и набили до упора. Как временная мера вполне годится.

Пик аврала и хода под всеми парусами уже прошёл. Начали убирать и укатывать паруса, оставляя только косые, чтобы лечь на необходимый курс (на восток). Конечно, когда брали прямые на гитовы и горденя, ветер трепал паруса с достаточной силой. Брамсель на грот-мачте разорвался вдоль по многим полотнищам. Его уже подшивали на рее, но, толку мало. Дакрон сгорел на солнце еще в предыдущей кругосветке.

На бушприте при спуске бом-кливера, его также мотнуло, нирал зажало в блоке, парус на сетку не упал, и пока разбирались, ветер своё черное дело довёл до конца. Парус разорвался. Фоковская команда дружной гусеницей поползла на бушприт укатывать косые.

А на гроте, энергично заменили временное крепление на запасной штатный палубный талреп. Теперь, однозначно, надо заменить подобный старый талреп на правом борту и осмотреть все аналогичные. Их, не так уж и много, но и запасные, как-то, незаметно закончились. Около шести штук заменили при ремонте марсовых площадок, да, на топовых фордунах бизани, и на топовых дублёрах фор-бом-брам-фордунов. (Вот, уж, в отношении фок-мачты, в этом плане, я спокоен: ещё пару лет назад на ней завели дополнительные топовые фордуны, по моему настоянию).

Но, в отношении грот-мачты, я уверен, что бом-брам-стеньга устояла, благодаря новым мощным бом-брам-вантам. Их мы установили на всех мачтах незадолго до ремонта в крайнем рейсе. Весь этот процесс я описывал в заметках на тот период. Ванты, с отремонтированными путенс-вантами через каркас брам-салинга, образуют мощный ромб, усиливающий стеньги. Но, если бы, они не выдержали (а старые, заменённые, были значительно более тонкими – 12 мм, вместо новых на 18 мм, и изношенными до предела) – то, получили бы, большой головняк…

19.12.2019. 17°02′S, 151°45′W. По левому борту отчётливо видны контуры трёх больших островов. Видимо, они из той же группы Островов Общества, относящихся к Французской Полинезии, к которым относится и Таити. Небо затянуто, но уже не сплошной облачностью, как вчера, когда весь день моросил дождь. Ветра нет, движение под двигателем с ходом 7,3 узла. Курс 110.

Дождливая погода не позволила, что-либо активно делать на палубе. Были попытки поднять косые, но через час-полтора их снова убирали. Пока я возился в парусной с модернизацией рекламных обвесов, на фоке нашли новый запасной талреп и заменили на топовом фордуне фок-мачты. Все талрепы этих верхних фордунов относительно небольшие, постоянно в зоне действия морской волны, поэтому их износ ранее других – предопределён.

Конечно, инициатива и действия фоковской команды достойны похвалы. Что, и отметил. Но, всё равно, придётся переделать. В палубный обух завели такелажную скобу, которая была под рукой. Она оказалась коротковатой – резьба вилок талрепа не зашла полностью в стаканы закрытой муфты. Боцман фока и сам это видел: – типа, мы добавим ещё скобу для этой цели. Нагромождать скобами – хорошего мало. Есть в запасе скоба с длинной спинкой, где-то тонн на девять. Её и поставим.

Модернизация обвесов сводится к тому, что изготовлены они в виде длинных узких, как бы, парусов. Закрепить их на вантах – проблема, ещё та: все не помещаются, их верхняя закруглённая часть никак не желает держаться. На первой стоянке нашил по периметру всякие привязки – кое-как закрепили. Понял, что подобная бодяга нас достанет, а деться от неё некуда. Поэтому сложили все обвесы вместе, верхние части пришил к рулону дакрона, чтобы держали свою форму. Верх и низ этой конструкции – к рейкам. Теперь можно поднять на ванты и развернуть как киноэкран. А, что делать? Спонсоров надо любить – без них, ни о каких Таити, и речи нет.

2.3. Общеукрепляющая, утром отрезвляющая (если жив пока ещё) гимнастика!

Мой подъём в 4.30 утра. Минут десять я ещё изображаю некое подобие сна, хотя знаю, что его уже нет, и не будет. Без десяти пять – на палубе. Четыре ведра, из которых одно на веревке, длиной по высоте борта. И, две пятиметровые ленты резинового бинта, связанные вместе. Вся одежда сводится к шортам и футболке. На ногах шлёпанцы для душа, которые, я тут же, сбрасываю и далее весь путь босиком. Когда-то, свою разминку начинал с пробежки в 20 кругов от шпиля до шпиля (носового и кормового). Было время, когда свои дни рождения отмечал количеством этих кругов (на 55 лет в Красном море – 55 кругов). Каким-то временем позже, укоротил дистанцию от грот-мачты до носового шпиля (но, увеличил число). Сейчас обленился вообще, и предпочитаю пройтись пешком. На самом деле, нет желания спровоцировать позвоночник, который мне дал жизни, в своё время. Как бы, не сглазить – пока, всё с ним без проблем.

Далее некий комплекс из былых спортивных увлечений: вращение колен, наклоны (увы, уже со скрипом…), подобие растяжки (хорошо, что никто не видит!), бой с тенью, махи ногами, завершающиеся ударом ноги с разворотом по кофель-нагельной планке, приседания (постепенно, от сотни сократил до двадцати – не то, чтобы трудно, но, как-то – лень…). Далее, любимый комплекс с резиной (дельфином 60 вращений, на спине – 40, брасом – 40, наклоны к к пяткам и к палубе (как ни странно – гораздо легче, чем без бинта), руками в стороны, тоже по 40 раз и в завершение – каждой рукой махи обоими лентами в стороны по 20 раз и на сгибание – также, по 20.

После, складываю обе ленты резинового бинта в 4 раза. Растяжка прямыми руками за спину и вперед, перед собой – всё по 20 раз. После – повороты плеч с растянутым руками бинтом (упражнение Брюса Ли). Совсем не так уж, давно, после каждого упражнения отжимался руками от палубы (на кулаках) – начинал с десяти и увеличивал каждый следующий ещё на два. Таким образом, подбирался к двадцати. Но, сейчас, как-то обленился и предпочитаю делать всё, то же самое, но от кофельнагельной планки (хорошо, опять-таки, что никто не видит – активная жизнь на палубе отдельным народом начинается после 6-ти утра).

Затем, сидя на палубе – примитивные упражнения из йоги: левая нога через правую, а правая рука локтем за коленом левой ноги с поворотом тела в левую сторону. И, наоборот (что-то, всё, как-то, труднее и дискомфортнее, что-ли…). После поочередно, сидя на щиколотке поджатой ноги – руки вверх, сохранить равновесие и потянуться (лотосом, конечно, и не пахнет, да и прямо удержаться, всё, как-то сложнее…). Дыхательная гимнастика: сидя в этом псевдолотосе, выдох, пока живот не втянется к позвоночнику и остатками его мышц – качнуть туда-сюда, раз десять. Вслед за этим – упал на спину и подъём прямыми ногами на полметра от палубы – раз 60.

А далее, как в советское время по радиоточке: – переходим к водным процедурам, товарищи! (По-моему, даже, родители наших курсантов понятия не имеют об этой фразе из, примерно, 50-х–60-х годов). Вода начёрпана заранее (перед упражнениями с резиной). Черпание ведром на веревке – тоже элемент зарядки. На ходу, с ветром и качкой – необходим некоторый опыт в этом деле (ну, 20 лет в парусном большом флоте – даром не прошли).

Сейчас, когда вода всего лишь 28 градусов, лей прямо на голову – единственное её достоинство, – что она морская. Надеюсь, что в проливе Дрейка она так и осталась в 8 градусов, как в прошлый раз перед мысом Горн. Но, в Северном и Норвежском морях было и прохладнее (где-то 2-4 градуса). Тут уж, на голову лить, пожалуй, не стоит. Только на грудь и на спину. Но, это ещё впереди (дай Бог!), а пока – все четыре ёмкости на голову и пошлёпал в душ.

Прочитав об этих физкультурных утренних стараниях, можно подумать: – ах, какой он, кремень, так начинать каждое утро! На самом деле, основными и постоянными, сейчас являются: ранний утренний подъём, занятия с резиной и обливание. А, одна треть прочих упражнений, как-то игнорируется (махровая лень процветает), хотя и не каждый раз. Всё это описание – для внука Сёмочки – может быть, возьмёт на будущее…

На всё – про всё уходит менее часа. Душ, кофе, этот самый дневник, шевеление проснувшегося народа, планёрка. И непрерывная работа – с такелажем и парусами. Не знаю, кому как, а, у меня, время до конца рабочего дня, пролетает незаметно. Из-за раннего подъёма, вечером глаза залипают мгновенно – стоит ослабить бдительность при просмотре на компе какого-то фильма. Поэтому, ещё ни одного не досмотрел сразу. На следующий день пытаюсь вспомнить, что же смотрел – но бесполезно. Названия, как правило, на английском (всё скачано про запас с уцелевших пиратских сайтов) – только методом тыка. Стоит заметить, что большинство голливудских фильмов (для меня) отличаются абсолютным внутренним дебилизмом. Поэтому, смотрю начало несколько минут, затем сразу с середины – столько же и счастливое тупое завершение (или непонятное его, глубокомысленное отсутствие). В редчайшем случае возвращаюсь к началу.

Всё это – не каждый день. Чередование с чтением. Благо Маша отдала мне свои две электронные книжки и у меня своя, уже, в весьма потрёпанной обложке. В неё я успел накачать гигантскую массу всякого чтива: и хорошего, и не очень – всех разновидностей жанров. Пока этот сайт, намертво не прикрыли и теперь – только за деньги (наверняка, авторы к ним и близко доступа не имеют…). На мой взгляд, надо, наоборот, насаждать возможность чтения едва ли, не принудительно, хотя бы и в электронном виде. Но, российская жадность – беспредельна. Как результат – палубные детки, которых мы пытаемся чему-то научить. Им неинтересно – ничего…

(Прочитал своё брюзжание и понял, что возраст берёт своё).

2.4. Походные будни

20.12.2019. 17°03′S, 150°42′W. Хорошее утро, не очень хмурое. Курсом 90 приближаемся к Таити. Весь прошедший день лежали в дрейфе – погода и волна способствовали. Привели в порядок левый борт – подкрасили царапины и редкие подтёки ржавчины. Надо отдать должное доковому ремонту – внешний вид надводной части вполне приличный.

Заодно налюбовались на акул, которые небольшими стаями кружили почему-то, именно у левого борта. Ожидали, что ли, что, кто-то шлёпнется с подвески? Акулы, наверное, небольшие – где-то до двух метров. Некоторые с потомством. Внешне – точно как в океанариуме. Но, чтобы их плавники носились над водой – не видел. Вода очень прозрачная – все они видны очень четко. Их отловом никто не занимался, хотя снасти есть (к счастью, и идиотов не нашлось). Ну, поймали бы, а, что с ними делать? Да, и работы всем на палубе хватало.

Срезали два рваных паруса. Достали из парусной запасные, выбрали, что получше и назначенный народ приступил к замене. Бом-брамсель подняли на грота бом-брам-рей. Бом-кливер начали привязывать к штагу. Осмотрел повреждения – не критические и подлежат ремонту. Свернули их так, чтобы можно сразу работать машиной.

Поменяли старые талрепы на бом-брам-фордунах грота на правом борту и на фок-мачте – оба борта. Так что, теперь на всех мачтах талрепы топовых фордунов – новые. Бизань заменила талреп на топенанте брам-рея правой руки. На левой – новый топенант с таким же талрепом. Это позволит начать работу по замене борга (дать слабину топенантам брам-рея и набить талрепы топенантов бом-брам-рея – этим приподнять ползун бейфута для демонтажа борга).

В парусной, наконец-то, закончили переоборудовать спонсорские обвесы. Можно заняться рваными парусами. К концу дня обшил волейбольный мяч для крепления к нему нитки, чтобы не улетел за борт. Натянули сетку у грот-мачты и сыграли первые матчи. На борту трое тренизов и одна путешественница. Они не ожидали, что такое возможно – только и щёлкали своими фотоаппаратами. Уж, на что я, нулевой игрок, но курсанты – вообще, никакие. Все игры свелись – кто перекинет мяч через сетку, тот и победил. Ни принять, ни отбить – какие-то, безрукие. Но, азарта – выше всякой меры.

21.12.2019. Дрейф. 16°55′S, 150°44′W. Днём ранее погода до обеда держалась на ниточке между моросью и дождем. За это время успели подкрасить ограждения левого борта и заменить талреп основного топового фордуна фок-мачты. Спохватились, что буксирные приспособления укомплектованы не полностью. Сам основной буксирный трос увязан и лежит в форпике под своей вывеской с указанием длины, диаметра и допустимой нагрузки.

Но, согласно положению, на корме должны быть две буксирные браги по 60 метров длиной с огонами и коушами. Да, ещё помимо этого – буксирная серьга с тремя отверстиями для подсоединения этих браг и троса буксировщика. Года два назад мы с капитаном озадачились этой проблемой, но, поскольку никто никогда не требовал предъявить это дело – ограничились наличием носового буксирного троса 180 метров длиной и инструкции по его применению. Но, в ожидании всяких проверочных происков (вдруг, будут мстить французы за 1812-й год!) вспомнили и про эти самые браги.

Трос необходимого диаметра (25 мм) и длины – нашёлся. Давно, я глаз положил на эту бухту не слабого размера на гротовской надстройке. Применить её, вообще-то, некуда. Для замены штагов и фордунов этот трос не годится, так как он – 6-ти прядной свивки (т.н. тросовой работы, а, для стоячего такелажа используется однопрядная проволока свитая из 19-ти или 37-ми отдельных проволок). Вес этой бухты неподъёмный. Когда-то, в сильный шторм, барабан с этим тросом сполз с крыши надстройки к её краю и упал на палубу. Доски барабана разлетелись вдребезги, шлаги троса спутались, но он не успокоился. Подполз к лоцманскому выходу и начал пытаться уйти за борт. Всё, конечно, происходило ночью, под проливным дождём и волнами, прокатывающимися вокруг грот-мачты. Привязать этот, взбесившийся клубок стали, было совсем непросто. Об этом есть, где-то в моих заметках про тот рейс, когда в поисках веревки, нас припечатало с третьим механиком очередной волной – я кувыркнулся вверх ногами через тамбучину аварийного выхода, а механик отделался диким синяком на рёбрах.

Теперь, этот, компактно увязанный трос, лежал в самой глубине некоего хранилища, всё на той же крыше средней надстройки. Кое-как, выдрали его из-под массы других. Тянули и руками, и шлюпочной лебёдкой. Но на палубу смайнать не удалось. Лебёдка обесточилась в неподходящий момент (кабель пульта подвёл). Попытки спустить бухту с крыши верёвкой закончились пушечным грохотом, когда она сверзилась на палубу. (Когда раньше, барабан с этим тросом упал в этом же месте – было не так слышно из-за свиста ветра). Хорошего, конечно, ничего нет – должны были верёвку травить через стойку или, что-то, подходящее. Но, как всегда, найдётся какой-нибудь торопыга. Придётся придушить на планёрке, в назидание другим.

Достали из форпика большие такелажные тиски для плетения огонов на тросах большого диаметра. Назначенный народ приступил к работе. Немного коряво, но заплели первый коуш в огон против свивки на 4,5 пробивки с замком. Коряво, потому что, сам я отвлекался на ремонт паруса и не проконтролировал один из моментов, а, эти ребятки не посмотрели, как идут ходовые пряди в самом начале обтягивания коуша. Но, после – всё получилось, несмотря на начавшийся дождь, который загнал всю остальную команду вовнутрь. На палубе работы прекратились.

По левому борту прижилась стая акул. Чем уж, эта сторона судна им понравилась – непонятно. Боковые плавники довольно широкие с характерными белыми пятнами на их краях. Верхний плавник не очень большой. Некоторых сопровождают рыбы-лоцманы. Конечно, нашлись любители, пытающиеся поймать, и ничего, в этом, не соображающие. Прицепили к самодельному тройнику из гвоздей кусок непонятного мяса, который тут же сорвался и поплыл. Одна из акул несколько раз проплыла мимо, затем, метров с пяти мгновенно выстрелила, и нет куска. Она же, или другая, пыталась сорвать наживку с (того же, псевдокрючка), пока не проглотила вместе с гвоздями. Верёвку просто перекусила. Не видно было, чтобы после этой закуски, почувствовала какой-то дискомфорт. Думаю, что гвозди переварятся в её желудке, ещё быстрее, чем прочая еда. Наверное, акул привлекают камбузные отходы, которые с кормы выбрасывают за борт. Расстояние до берегов много больше 12-ти миль, поэтому правилами допускается. Эти объедки для них совершенно безвредны – на борту достаточно строго со сбором мусора – ничего за борт, кроме съедобного, не летит.

Я всегда с симпатией отношусь ко всем морским гигантам, и к акулам тоже. Другой мир…

22.12.2019. Лежим в дрейфе недалеко от таитянских островов. Погода пасмурная, но с намёками на просвет в облаках.

Вчера ожидали дождь на весь день. Перепланировали палубные работы. Но, погода была вполне умеренной и сухой. Плели всей палубной командой буксирные браги. Трос разрезан на два куска по 60 метров. Диаметр его 25 мм. Из нержавеющей стали, но очень жесткий. Делали по 4 пробивки против свивки с двумя замками. После первой попытки заделки коуша в огон народ набрался опыта. Зажали трос в специальных тисках так, что всё остальное уже было делом техники. Об этих брагах 30 лет никто не вспоминал, хотя время от времени намерения всплывали. Наконец-то, готовы. Вопрос – где их теперь хранить, так, чтобы не мешались. Понятно, что применение по назначению – крайне маловероятно, тем более что они предназначены для буксировки кормой, что само по себе – в сверх крайних, каких-то обстоятельствах. Но, уж, служба безопасности мореплавания, как будет рада! Если, вдруг, вспомнят на своих проверках.

С завтрашним заходом на Таити большой вопрос. Скорее всего, его не будет. Мы сюда пришли из Самоа, где на момент нашего прибытия, закончился карантин по кори. Но, у таитян срок окончания самоанского карантина заканчивается только 28-го декабря, когда мы, уже будем на переходе к Чили. Поэтому, информация идёт по якорной стоянке, на которую придёт танкер с топливом. Ну, что же, всё чисто по-российски – идём туда, не зная куда. Как будто, нельзя узнать об этих банановых требованиях. Возможно, для корректировки маршрута (к примеру, вместо Таити зайти на Фиджи или ещё, куда-то рядом) необходимы неведомые нам дипломатические усилия. (Или, ещё раньше – проигнорировать заход на Самоа – не было бы проблем с Таити). Но, это – мои мысли вслух, как реакция на бродящую информацию. Может всё и не так. Однако, по тем же слухам, с пассажиров, которых надо высадить здесь, требуют по 160 евро для местного медицинского освидетельствования. То, что у всего экипажа есть отметки о прививках, как-то потомков каннибалов не интересует. В общем, сочувствую тем, кто здесь не был.

Пришвартуетесь вы на Таити
И прокрутите запись мою, –
Через самый большой усилитель
Я про вас на Таити спою.

Владимир Высоцкий

Не прокрутят. Но мы то, с Владимиром Семёновичем здесь были…

Осталось в памяти, как таитянские детки, лихо угнали мой велосипед, пока рассматривал подводные красоты. Сейчас – это уже закоренелые, закалённые преступники. Так что, нечего жалеть. Вперёд, к цивилизации!

2.4. Стоянка в Папеэте (Таити)

23.12.2019. Ночью снялись с дрейфа и направились к главному таитянскому острову. Берег рядом: 17°23′S, 149°41′W. Ясности, по настоящее время, нет – будет ли швартовка. Тем не менее, готовили левый борт: подкрасили борт, люмики, надстройки. Дождя нет, но и солнечной радостной погоды – тоже. Серая облачность. Непохоже, что приближаемся к земному раю. И, вообще, непонятно, что у них сейчас, за время года. Мы перемещаемся в сторону антарктического лета, а, что здесь – непонятно.

Спустили левую шлюпку во время дрейфа. Фотограф из числа туристов, следующих с нами до Таити, сделал массу бессмысленных снимков (паруса убраны). Но, с кормы запускали модный ныне винтокрыл, и, чтобы его ненароком не потерять, на шлюпке за ним присматривали. Приняли с борта по штормтрапу старпома и объехали в очередной раз корпус. В принципе – не очень много мест с подтёками ржавчины. Сообщили боцманам – те, начали заводить подвески для подкраски.

Закончил ремонт бом-кливера. Помогали Олег и Максим – фоковские матросы. Не то, чтобы без них не получилось – но, с учётом размеров паруса, машины и стола – перемещать это, сопротивляющееся облако, втроём сподручнее. Заменили три полотнища. Перед этим, подвесили все рекламные баннеры на общую подвеску, раскрепили (все спонсоры передо мной в неоплатном долгу – пожертвовал снова куском дакрона). Теперь не будет мороки с креплением этих флагов всякими верёвочками и т.п.

24.12.2019. До последнего момента ясности со швартовкой не было, пока не взяли на борт лоцмана. Прошли к причалу мимо двух вех, отмечающих фарватер. Совсем рядом, разделённые им, две отмели, по которым набегают приливные волны. Эти волны – то, ради чего на Таити прилетают туристы со всего мира. В первый свой приход сюда на «Надежде», на пляже рядом с обсерваторией знаменитого английского капитана Джеймса Кука, видел тысячи любителей сёрфинга. Все с этими досками – заплывают подальше и ждут волну. Устоять никто толком не способен, но и лёжа на доске – тоже хорошо.

Те самые отмели на входе в порт Таити и наша стоянка у причала (красный силуэт).
Напротив красивый парк с пальмами, где раньше стояла и «Надежда»

Сейчас на месте «Надежды» стоит круизный лайнер

Сразу после швартовки к борту подъехала машина с санитарными представителями, которые, тут же, натянули марлевые повязки на лица и исчезли у капитана. Но, с собой они привезли небольшие ожерелья из местных цветов и почти каждому хватило. (Насколько помню, они называются – тиаре).

Знак гостеприимства и некого утешения, так как, спустя какое-то время, было объявлено, что из-за карантина по кори, схода на берег не будет. Привезут продукты, обеспечат свежей водой и топливом прямо на причале. В связи с этим, отход на 24-е число – в Вальпараисо (Чили) в 15 часов.

Традиционное таитянское ожерелье – знак гостеприимства

Через некоторое время увидел одного из трёх туристов, которые должны сойти здесь. Рука в локте перевязана – у них взяли кровь на анализ и завтра будет готов. Каждый заплатил за это дело по 160 долларов. Такой незатейливый и простенький отъём денег у приезжего населения. Карантин этот заканчивается через два дня, но, тем не менее. По его словам, карантинщики сообщили, что подобному действу подвергаются все яхты, идущие через Таити и заходившие на Фиджи, Самоа и прочие острова по пути. И в то же время, на самом Таити – эпидемия лихорадки Денге. В общем, не всё так лучезарно в этом мире путешествий.

Через агента заказали местные сим-карты для интернета. Хотя схода и нет, но курсанты, по-моему, способны добыть этот интернет просто из воздуха. Через стоящие рядом круизные кораблики, и ещё, невесть откуда. Я, как ни пытался – ничего толком не получилось. Поэтому не стал сожалеть о 20-ти долларах за 2-х гигабайтную симку. Легко активировалась – позвонил Маше, а она, оказывается в командировке в Москве. Миша весь в делах, но, тоже пообщались. Сеня на попечении бабушек, которым тоже, хлопот хватает. Теперь перерыв в общении на месяц. Если успею, то до отхода пообщаюсь с Семёном. (Время отличается, пока что, на 4 часа).

Далее

Автор: Абрамов Николай Александрович | слов 8742


Добавить комментарий